В Рождество у каждого свой секрет - Бенджамин Стивенсон Страница 17

— До дна, мистер аудитор!

Я наморщил нос. Никаким знатоком я, конечно, не был, но понимал, что избыток пузырьков не пойдет мне на пользу. Я сделал глоток странного напитка, но получил в награду всего лишь бокал вина за четыре доллара.

Однако Райлан сохранял самодовольный вид.

— Замечательно, правда?

— Замечательно, — согласился я, хотя имел в виду не вино, а стеклянный атриум, например, или наклеенные усы.

Райлан залпом осушил бокал. Комната пропахла алкоголем. Наверное, вино действительно было аэрированным, я как будто дышал им.

— А вам разве не нужно быть трезвым? — спросил я. — Ваши трюки не опасны?

— Это когда нужно освободиться из смирительной рубашки, прежде чем тебя разорвет на части пушечное ядро? — хмыкнул он. — Дружище, это же просто фокусы. К тому же башку будут отрубать не мне, а вот этому чуваку.

Он бросил мне свою голову, и я едва успел поймать ее одной рукой. Фальшивый Райлан пялился на меня так, словно все еще удивлялся, как это с ним случилось. Настоящий Райлан взял со стола две пули и передал одну мне:

— По-настоящему опасен только трюк с ловлей пули. Одна настоящая. Другая из воска. Настоящую я передаю по рукам в зрительный зал, чтобы каждый мог посмотреть и убедиться, хотя большинство из них все равно не поняли бы разницы, а затем, когда заряжаю пистолет, заменяю их. При выстреле воск расплавится, не долетев до меня, и не причинит мне никакого вреда. А дальше мне остается только... Та-дам! — Он выплюнул смятую пулю, со звоном упавшую в бокал, и усмехнулся. — Фокусники обычно не раскрывают свои секреты, но мы же с вами партнеры по бизнесу, так что к вам особое отношение. Дождаться не могу того момента, когда выгоню этих поганых ворюг и найму настоящих профессионалов.

Я не сразу понял, о ком он говорит.

— Ворюг? Вы имеете в виду подопечных программы?

— Лайл вам все расскажет. Вот почему нам нужна ваша помощь, чтобы быстро провернуть... — Райлан замолчал и поднес пули к свету. — Которая из них восковая? Нет, подождите, наверное, вот эта. — Он перебросил пули с руки на руку и прищурился.

В дверь постучали, и в комнату, не дожидаясь ответа, вошел элегантно одетый молодой человек в цилиндре и фраке. Я опознал в нем мальчика по имени Шон, о котором рассказывала Фьют, только теперь он был старше, чем на фотографии с открытия театра. Тот самый Шон, что разбирался в гаджетах и успел прославиться собственными трюками, прежде чем его взяли реквизитором к Райлану.

Шон помахал рукой, и мы назвали свои имена.

— А вы, случайно, не... — настороженно начал Шон.

Я поспешил перебить его, пока он не разоблачил меня перед Райланом.

— Я просто вникаю в дела. Фьют сказала, что все улажено. Не беспокойтесь, — я приложил палец к губам, — я никому не разболтаю секреты фокусников.

— Вас пригласила Фьют? Сегодня? — разинул рот Шон. — Ладно, не важно. Не хочу показаться грубым, но мы спешим. У тебя осталось пять минут, — обратился он уже к Райлану. — И голубиный помет на ботинках.

— Шон, какая из этих пуль восковая? — спросил Райлан.

— Та, что у тебя в левой руке, идиот! И следи за пометками на столе: настоящая в правом кармане, восковая в левом. Смотри не перепутай. На всякий случай на донышке у восковой стоит буква В. И пожалуйста, перестань разбрасывать всюду свою голову. — Он забрал у меня фальшивую голову Райлана. — Она очень дорогая. Ее изготовили в «Wētā»[8], эти ребята работали с «Властелином колец».

— Хорошо, мамочка, — раздраженно ответил Райлан.

Теперь понятно, что было на том рисунке, который я видел в кабинете Лайла: он объяснял суть трюка с ловлей пули. Пунктирная линия обрывалась на полпути к мишени, потому что к этому моменту воск расплавлялся. Автор рисунка высчитывал безопасное расстояние для выстрела.

Дальше началась лихорадочная последняя проверка, реквизит рассовали по карманам, подсоединили проводки к другим проводкам под жакетом Райлана и почистили ему ботинки. Это, разумеется, сделал Шон. Под конец он выхватил у меня из руки бокал, сполоснул его, сложил, превратив в плоский пластиковый диск, и засунул в жакет Райлана, проворчав:

— Перестань уже пить из реквизита!

Затем я прошел следом за ними за кулисы и увидел там еще один заваленный реквизитом стол. Во и Тереза стояли рядом в ожидании начала представления. Тереза подпрыгивала на носочках от возбуждения, Во выглядела более спокойной и сосредоточенной. Из динамиков на сцене доносился голос Фьют, слегка приглушенный занавесом, но я все же различил отдельные слова, такие как «историческая веха» и «небывалый», а остальное потонуло в восторженном реве толпы.

Шон поставил стоймя на стол с реквизитом две пули, подозвал к себе Райлана, провел роликом для чистки по его одежде и поправил ему цилиндр на голове. Шон относился к секретам фокусников с большей серьезностью, чем Райлан, и, похоже, пытался всеми этими ритуалами заслонить от меня стол с реквизитом, чтобы я не разгадал механику других трюков. Закончив с чисткой, он снова повернулся к столу, провел над ним рукой, будто мысленно ставил галочки возле каждого пункта проверки. Одна пуля повалилась набок, Шон вернул ее на место, отступил на шаг и осмотрел стол, словно отец семейства, довольный рождественским угощением.

Я бы сказал, что Шон был для Райлана тем же, кем Во была для Фьют, — человеком, благодаря которому крутились все шестеренки.

Райлан вышел из-за кулис, постоял у кирпичной стены, разглядывая подписи выступавших здесь артистов, достал маркер, зубами снял колпачок и выплюнул на пол.

— Вам нельзя здесь находиться, — выскочила передо мной Ивонна, отвлекая меня от расписывающегося на стене Райлана. — Только для выступающих.

На ней были тяжелые наушники с микрофоном у подбородка и маленькой синей лампочкой над плечом. Она напоминала готового к полету пилота вертолета.

Я подчинился. К тому же мне хотелось увидеть ловлю пули из зрительного зала. Посмотреть, смогу ли я, посвященный в тайну, заметить, как восковая пуля расплавляется в воздухе. Но ведь так всегда бывает с фокусами, правильно? Или с детективными романами. Когда кто-то хитрый объясняет тебе, куда смотреть, нужно искать где-нибудь в другом месте.

Уже из коридора, торопясь занять место в зрительном зале, я заметил, как Шон оттаскивает Райлана от стены.

— Это дурная примета — расписываться перед