Смерть призрака - Марджери Аллингем Страница 9

Она с подозрением взглянула на Кэмпиона, и тот поспешил представиться.

– Я знаю, вы хотите, чтобы я вышла к гостям, – сказала она, прежде чем он успел объяснить, зачем пришел. – Я нужна Белль. Я была моделью для этой картины, знаете ли, страшно сказать, сколько лет назад. Что ж, я оставлю вас наедине с Линдой. Попробуйте уговорить ее спуститься. В конце концов, мы же не хотим испортить сегодняшний день, правда? Мы так благодарны вам, мистер Кэмпион.

Она ушла, оставив Кэмпиона с ощущением, будто с ним разговаривала школьная учительница.

Поскольку Линда не шелохнулась, мистер Кэмпион стал искать, куда бы присесть. Переложив груду тряпок для масляных красок, пепельницу, банку с клеем и небольшой гипсовый слепок, он расстелил носовой платок на сиденье единственного стула и устроился поудобнее. Некоторое время Кэмпион сидел с невинным видом, хоть и чувствовал, что он здесь совершенно не к месту. В попытке обратить на себя внимание хозяйки комнаты он достал из нагрудного кармана бумажник и извлек оттуда газетную вырезку. Поправив очки, принялся читать вслух:

– «МЕРТВАЯ РУКА ВНОВЬ ЗАГОВОРИЛА. Сегодня в старом и всеми забытом уголке нашего замечательного Лондона призрак великого мастера, которого некоторые считают величайшим художником нашего времени, принимает сливки общества в восьмой раз в рамках двенадцатилетней программы. Послы, прелаты, светские дамы… – все они будут наперебой обсуждать новую картину Джона Лафкадио, которая пришла к нам сквозь бездну лет. Вы смущаетесь, встретив герцогиню? Возможно, вам выпала честь общаться с аристократами, или вы занимаете более скромное положение, но, в каком бы кругу вы ни вращались, вы должны быть готовы в любой момент к самым суровым социальным испытаниям. К примеру, что вы скажете, если с вами заговорит королевская особа? Вы будете стоять, проглотив язык, или разразитесь истерическим смехом, тем самым навсегда упустив уникальную возможность, которая больше никогда не повторится…» О, прошу прощения, не та колонка. Здесь речь идет о бесплатном буклете. Сейчас найду; на чем мы остановились? «Заглянув в один из отелей на Стрэнде, я обнаружил леди Гарни, искренне смеющуюся над приключениями своего мужа на Востоке…»

Фигура у окна по-прежнему не двигалась. Кэмпион с отвращением отбросил газетную вырезку.

– И больше ни слова о показе, – усмехнулся он. – Может быть, мне спеть?

После этого наступило долгое молчание, затем Линда развернулась и подошла к нему. Кэмпион был поражен ее видом. Вчерашняя бледность исчезла, и лицо раскраснелось от гнева. В глазах горел опасный огонь, губы были плотно сжаты, а все тело девушки казалось оцепеневшим и неестественным.

– А, это вы… – бросила она. – Зачем вы здесь?

Не дожидаясь ответа, Линда пересекла комнату и, взяв шпатель, принялась счищать кусочки краски с почти законченного холста на мольберте. Приблизив лицо к самому шпателю, она не обращала внимания на ущерб, который наносит картине.

Кэмпион, распознав симптомы, вскочил на ноги и схватил ее за плечи.

– Не глупите, – резко проговорил он. – И ради всего святого, не делайте из себя посмешище.

Неожиданная решительность натиска возымела желаемый эффект. Ее руки безвольно упали.

– Что случилось? – мягко спросил он. – Томми?

Она кивнула, и на мгновение ее взгляд стал откровенно злым и презрительным.

Мистер Кэмпион снова сел:

– Все так серьезно?

– Не было бы серьезно, если бы я не была такой дурой! – выпалила девушка с яростью, и ее отчаяние бросалось в глаза. – Вы ее не видели, – проговорила она после паузы, – не так ли?

– Кого? Модель? – Мистер Кэмпион почувствовал, что коснулся самой сути.

Ее следующее слова поразили его.

– Бессмысленное вмешательство людей, которые даже не понимают фактов, вот что доводит меня до истерики, – сказала она. – Клэр Поттер последние полчаса пыталась объяснить мне, что, по ее мнению, моделей едва ли можно считать людьми и, если мужчина привез такую модель из Италии, это вовсе не означает, что он в нее влюблен. Как будто это имеет значение! Если бы Томми влюбился в Розу-Розу, ситуация была бы очень простой, и я не мечтала бы убить его так, как сейчас.

Подойдя к шкафу и порывшись в его беспорядочном содержимом, Линда вернулась с альбомом для набросков.

– Взгляните.

Кэмпион перелистал страницы, и его поверхностный интерес внезапно обострился. Он выпрямился на стуле и поправил очки:

– Послушайте, они прекрасны. Где вы их взяли?

Она выхватила альбом из его рук.

– Томми нарисовал. Незадолго до отъезда. А сейчас он занимается тем, что стыдно было бы поставить даже на обложку журнала. Вы, похоже, не знали, что он привез сюда эту девицу, чтобы делать упаковки для патентованных лекарств. Разве вы не понимаете? Он закопал свой талант в землю. С его стороны было полнейшим безумием отказаться от масла и перейти на темперу. Теперь это просто самоубийство – заниматься подобными вещами.

Мистер Кэмпион, на которого наброски произвели сильное впечатление, понял ее точку зрения, однако не почувствовал той дрожи негодования, которую испытывала Линда. В конце концов, в нашем холодном мире если в сердце человека и угасло пламя высокого искусства, то коммерческую жилку не следует порицать. Он так и сказал.

Она воззрилась на него, пылая:

– Совершенно верно. И я ничего не имею против коммерции. Но она ставит человека в другую плоскость. Он не вправе ожидать от окружающих тех же жертв. Если бы он не привез сюда Розу-Розу, то всех этих неприятностей, вероятно, удалось бы избежать, – во всяком случае, я не страдала бы так жестоко.

– Если позволите, – тихо произнес Кэмпион, – я не вполне понимаю, какое отношение к этому имеет Роза-Роза.

– Вы удивительно несообразительны, – усмехнулась девушка. – Он женился на ней, конечно же. А как, по-вашему, он смог привезти ее в Англию? Именно на это Макс и намекал вчера вечером. Вот почему я его ударила. Как я сказала, если бы Томми был в нее влюблен, все было бы не так ужасно.

Мистер Кэмпион представил масштабы ее горя.

– Понимаю, – сказал он едва слышно.

Она подошла к нему, на мгновение став похожей на вспыльчивого неряшливого ребенка.

– Неужели вам не ясно, что, если бы он продолжал заниматься искусством, все это не имело бы никакого значения? Я бы не оскорбилась вчера, когда он намекнул, что нам втроем следует поселиться вместе. Привезти эту девицу в Англию на постоянное жительство – достаточная причина для женитьбы, но если она нужна ему просто для коммерческой работы, то оно