Рефлекс убийцы - Валерий Георгиевич Шарапов Страница 13

Чернышев вышел на связь через несколько минут.

— Все штатно, товарищ подполковник. Дела такие. Через северную окраину Пешкова проходит железная дорога, и есть небольшая станция. К югу от станции — рыночная площадь. Сегодня базарный день, довольно многолюдно. Торговые ряды, лотки, есть павильон, но он закрыт на амбарный замок. Плюс и барахолка — всякую всячину продают. Объект вышел из такси на краю базара и сейчас ходит по рядам. Таксист развернулся и покатил обратно — остался доволен гонораром. Он еще и лишнего получил — видели бы вы его благодарную физиономию. Сейчас он проедет мимо вас.

Сотрудник угадал — машина с шашечками прошла по битой дороге. Водитель старательно огибал колдобины. Беседовать с таксистом не имело смысла, но номер на всякий случай запомнили. В обратном направлении проследовала сиреневая «Нива» с разбитой подвеской, серо-голубой микроавтобус «РАФ» с белой полосой.

— Мы наблюдаем за ним, товарищ подполковник. Дорошенко — в соседнем ряду, а я пока в машине. Куда пойдет после рынка — пока неизвестно. Подъезжайте, товарищ подполковник. Поезжайте по дороге, на которой вы стоите, — до упора. На Т-образном перекрестке повернете налево и сразу направо — в переулок. На рыночную площадь не выезжайте, это будет заметно. В переулке хватает места для стоянки.

— Понял тебя, Чернышев. Через пять минут будем. Переходим на радиосвязь. Контролируйте клиента.

Пристроить машину в переулке оказалось несложно. Пространство у железнодорожных платформ было занято торговыми рядами. «Колхозный рынок» — извещала надпись на ржавых воротах. В подобных местечках продавали все — и к плановой экономике это отношения не имело. Все проще, чем в столице, ассортимент скудный, фарцовщики не такие наглые, но все же. Продавались овощи, фрукты, мед, старые книги, грампластинки. В мясной киоск, где имелись холодильники, выстроилась очередь. Цены в коопторге были не такие страшные, как у частников, и имелась возможность что-нибудь выбрать. Старушки торговали зеленью, семечками, вареньем. На площадь входили поодиночке, рассредоточивались. Синий «Москвич» с гражданскими номерами стоял у забора, не привлекая внимания. Кивнул едва заметно молодой человек в кепке набекрень и с незажженной папиросой во рту — рыбак рыбака, как говорится… Мотнул головой — туда…

Олег Анатольевич Ильинский как бы невзначай посмотрел на часы, стрельнул глазами по сторонам. Подошел к прилавку, где лежали в ряд потрепанные книги из серии приключений и фантастики. Кто-то из местных распродавал коллекцию. Ильинский ничем не выделялся из общей массы соотечественников. Тонкая серая ветровка, бесформенные холщовые штаны, отечественные кроссовки — не тот, к сожалению, товар, которым гордилась бы страна. На голове парусиновая кепка с козырьком, очки — возможно, камуфляж, или зрение срочно испортилось. Он взял с прилавка книгу, стал листать — ох уж эта извечная интеллигентская привычка. Возбудился торговец с бородкой, заговорил. Ильинский задал вопрос — видимо, о цене. Ответ категорически не устроил, аж поморщился. Наживаемся на трудящихся, гражданин? Что там о нетрудовых доходах, с которыми борется Советская власть? Но спорить не стал, покупать книжную продукцию он вряд ли собирался. Отправился дальше. Книготорговец что-то бросил ему в спину — снизил цену. Но Ильинский не реагировал. Он снова глянул на часы — время приближалось к пяти пополудни.

Олег Анатольевич вышел из ряда, заглянул в следующий. Поведение человека вызывало вопросы. Он нервничал, чего-то опасался, на что-то надеялся. Уголовную статью за странное поведение, к сожалению, не предусмотрели. Отсутствующий взгляд скользил по бытовому хламу — светильники, какие-то реле, бывшие в употреблении пакетники. Вся эта волынка продолжалась еще минут десять. Ильинский начал смещаться к выходу в западном направлении, покосился на электричку, отходящую от остановочной платформы. Видимо, железная дорога не входила в его планы. Он уходил по переулку. Странно, у человека даже сумки не было. Ильинский обернулся, смерил взглядом случайных людей — пенсионерку с тележкой, хромающего мужчину с мешком на плече. Все же профессионализм не пропьешь. Больше Ильинский не оборачивался. Его походка становилась тяжелой, он с трудом волочил ноги. Что-то угнетало человека.

В стороне от продуктового магазина находился запущенный садик. Раньше здесь был фонтан, остался лишь бетонный остов. Чахла когда-то пышная ива. Вокруг фонтана сохранились лавочки. На одной из них сидели две женщины пенсионного возраста, оживленно общались. Вторая скамья пустовала. Ильинский присел, стал разворачивать извлеченную из кармана газету. Мужчина не привлекал внимания, даже сидящие рядом сочли его пустым местом. Членам группы пришлось рассредоточиться. Ничего не происходило. Ильинский читал газету «Известия» — печатный орган Верховного Совета СССР. Люди Аверина ждали за деревьями.

— Будем брать, Павел Андреевич? — прошептал Кучевой. — Хорошо сидит — возьмем, как миленького.

— Подождем, — отозвался Аверин. — Он ведь не просто так сюда приехал? Ждет людей, с которыми заранее связался.

— Точно, — сообразил Карский. — Он чует угрозу. Говорите, его предупредили, товарищ подполковник? Тогда эти инкогнито могут иметь отношение к ЦРУ или МИ–6… Его хотят вытащить из страны, вот увидите, так и будет.

— МИ–6? — наморщил лоб Костя Балабанюк.

— Не вертолет, — подсказал Кучевой. Офицеры приглушенно захихикали.

— Да ну вас, — рассердился Балабанюк. — Я знаю, что такое МИ–6. И где же они, товарищ подполковник? Если допустить, что встреча назначалась на пять, то уже пятнадцать минут шестого.

— В Москве эта публика светиться не хотела, — предположил Кучевой. — Скромные. Договорились в этой глуши, где даже милицию не видно. Умно, кстати. А как фигурант сюда доберется — его проблема. Успеем добежать, если свалится летающая тарелка?

— Вы нет, товарищ майор, — мстительно проворчал Балабанюк. — А я успею. А не успею, так догоню и перегоню…

— Так, разговорчики, — Павел нахмурился. — По-видимому, Олегу Анатольевичу не повезло — никто за ним не явился. Кроме нас.

— Это почему? — не понял Карский.

— Потому что не дурные. Нас заметили и отменили операцию… — Он невольно стал озираться. — В этом не было ничего сложного. Ильинский прибыл раньше времени, решил пройтись по базару. Его вели его же сообщники, засекали нашу слежку. Коллеги на «Москвиче» подскочили — профи, конечно, но и те не пальцем деланные. А тут еще мы вчетвером — и давай Ильинскому знаки внимания оказывать. Развернулись и уехали, оно им надо?

— Вот черт, а ведь точно, — расстроился Кучевой — и тоже стал косить глазами по сторонам. Чужаки могли и наблюдать, но что это даст? Профессионал — не полезет. Цель утеряна, забудьте.

— Досадно, но переживем, — заключил Аверин. — Ну что, команда мечты, пойдем брать нашего коллегу. А то посидит и свалит, придется брать в общественном месте… Юрий Иванович, дуй за машиной,