Республика Корея: в поисках сказки. Корейцы в русских зеркалах. Опыт исследования - Александр Мотельевич Мелихов Страница 46

В ноябре 1947 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, которая призывала к проведению в Корее всеобщих выборов под контролем Комиссии ООН.

Однако Советский Союз отказался выполнить Резолюцию ООН и не допустил Комиссию ООН в северную часть Кореи. Генеральная Ассамблея ООН приняла другую резолюцию, призывающую к проведению выборов в тех районах, куда Комиссия ООН получила доступ. Первые выборы в Корее состоялись 10 мая 1948 г. на территории к югу от 38-й параллели, которая и разделила Корейский полуостров на Юг и Север.

Ли Сын Ман был избран в 1948 г. первым президентом Республики Корея. Между тем к северу от 38-й параллели был установлен коммунистический режим под руководством Ким Ир Сена. (Сегодня в русской транскрипции корейских имен принято сливать два последних односложных в одно двусложное. – А. М.)

25 июня 1950 г. Северная Корея начала неспровоцированное полномасштабное вторжение на Юг, развязав трехлетнюю войну, в которую были вовлечены американские, китайские и другие иностранные войска. Весь полуостров оказался разрушенным в результате этой войны. В июле 1953 г. было подписано Соглашение о прекращении огня.

Начиная с 1960-х годов Республика Корея поставила задачу добиться роста при ведущей роли экспортных отраслей, и экономическое развитие было настолько впечатляющим, что в 1970-х годах обрело название «Чудо на реке Ханган».

* * *

Такова схема. Но история покорения Кореи Японией настолько яркий образец закабаления «ученика» «учителем», что ее стоит рассмотреть детальнее. Орудием лишения суверенитета служила не только грубая сила, но и «мягкая сила» – соблазн.

Весьма авторитетный кореевед профессор С. Курбанов в своих «Лекциях по истории Кореи» (СПб, 2002) излагает эту драму так (если сократить его текст до схемы, не загромождая при этом кавычками и отточиями).

* * *

По мере углубления контактов Кореи с Японией корейцы увидели, что заимствование западной техники сделало Японию сильной державой. Поэтому в 1870-е годы среди не только радикально настроенной корейской интеллигенции, но и конфуцианских ученых стало популярно мнение о том, что в области техники и производства следует перенимать опыт западных стран, при этом оставляя традиционной идейную основу общественной жизни. Такая позиция выражалась в девизе: «Восточный путь, Западная техника» (Тондо соги). Неприятие западной общественной мысли и прежде всего христианства, активно распространявшегося в то время католическими, а с 1885 г. и протестантскими миссионерами, было связано с его отказом от традиционного культа предков и сопутствующих ему ритуалов. Кстати, именно по этой причине многие корейцы, поначалу принимавшие христианство, быстро отказывались от новой веры.

В рамках предпринимавшихся реформ в 1881 г. в Корее была основана офицерская школа для создания армии нового образца.

Однако не все в Корее были довольны ориентацией на Японию и попыткой коренных перемен. Многие конфуцианские ученые все еще придерживались лозунга: «Сохранять правильное, изгонять чужое» («Вичжон чхокса»). Известный высокопоставленный сановник Чхве Икхён (1833–1906) говорил, что японцы ничуть не лучше, чем «заморские варвары», и усиление их влияния вредно для страны.

В 1882 г. оппозиционным силам, которые в исторической литературе принято называть «консервативными», представился шанс взять всю полноту власти в стране в свои руки. В тот год в Корее случилась сильная засуха, которую стали связывать с гневом Небес из-за неправильной политики королевского двора. 9-й день 6-го месяца был выбран для того, чтобы король Кочжон лично совершил моление о дожде.

Незадолго до этого, в первую декаду 6-го месяца, солдатам столичных правительственных войск старого образца, которым задолжали жалованье рисом за 13 месяцев, наконец-то стали его раздавать. Однако выдали его лишь за один месяц. К тому же оказалось, что рис был смешан с песком и его количество было ниже нормы. Тогда разгневанные солдаты избили интенданта. Начальник податного ведомства, отвечавший за выплату жалованья, Мин Гёмхо (1832–1882; родственник королевы Мин) приказал арестовать зачинщиков беспорядков и впоследствии приговорил их к смертной казни. В 9-й день 6-го месяца начальник столичного гарнизона Ли Гёнха отправился к дому Мин Гёмхо, чтобы разобраться в случившемся. Однако Мин Гёмхо дома не оказалось, но там находились ряд чиновников, ответственных за выдачу риса в качестве жалованья. При виде разгневанных солдат чиновники попытались скрыться. Тогда солдаты подожгли дом Мин Гёмхо. Солдатское восстание охватило весь Сеул. К нему присоединились и горожане.

В первые часы после начала восстания у солдат появилась идея обратиться за помощью к тэвонгуну[68], отстраненному от дел. Как-никак, «старая» армия была во многом его детищем, и он прилагал немало усилий для поддержания ее боеспособности. Поэтому восставшие сразу направились к дворцу Унхёнгун. Тэвонгун принял повстанцев, но формально отказался иметь с ними дело как с зачинщиками беспорядков. Реально он стал тайным руководителем восстания. Солдаты, захватив оружие в арсенале Особого восточного подразделения, разделились на два отряда. Первый занялся нападением на дома высокопоставленных сановников из семьи королевы Мин, настаивавших на сближении с Японией. Второй отправился к месту расположения офицерской школы нового образца. Иногда ее еще называли «особым подразделением нового типа». Там никогда не возникало проблем ни с жалованьем, ни с оружием. Его обучением занимался японский офицер Хоримото Рёдзо. Повстанцы схватили и казнили его. Ближе к вечеру восставшие солдаты вместе с простым населением напали на японское дипломатическое представительство, сожгли его и убили 13 человек. Японскому посланнику Ханабуса Ёситада удалось скрыться и бежать в Японию через Инчхон.

Гнев восставших не остановился на японцах. Они возжелали умертвить королеву Мин – главный источник всех бед Кореи, связанных с ее «открытием» внешнему миру. Повстанцы направились к королевскому дворцу Чхандоккун, однако к тому времени королева Мин уже скрылась, найдя прибежище у своего родственника, губернатора города Чхунчжу. Видя, что восстание принимает все более широкие масштабы, король Кочжон издал указ о передаче всей полноты власти тэвонгуну. Вслед за этим «беспорядки» в городе прекратились. Тэвонгун поспешил отменить многие нововведения последних лет и занялся восстановлением боевой мощи корейских войск старого образца. Однако в события вмешались внешние силы.

С одной стороны, японцы, желая получить компенсацию за причиненный ущерб, начали снаряжать военную экспедицию в Корею. С другой – и это сыграло решающую роль – на арену событий вышел Китай. Китай всячески подталкивал Корею к скорейшему заключению договоров с западными державами. Пока что был подписан договор только с США. Учитывая отношение тэвонгуна к внешнему миру, можно было предположить, что никакие другие договоры со странами Запада подписаны не будут. Мало того, оказывалась под вопросом судьба прежних договоров Кореи. Поэтому для Китая нахождение тэвонгуна у власти было невыгодно. Вместе с тем, королева Мин отправила в императорский Китай послание, где излагала сеульские