Пламя и кровь - Джордж Мартин Страница 44

Тем временем ей и ее лорду-мужу все еще нужно было править королевством в течение большей части года до тех пор, пока Джейхейрис не достигнет своих шестнадцатых именин и не возьмет власть в свои руки.

Так обстояли дела в Вестеросе, когда Год Трех Невест подошел к концу и уступил место новому году, пятидесятому от Завоевания Эйгона.

Избыток правителей

Все люди грешны, учат нас Отцы Святой Веры. Даже благороднейшие короли и доблестнейшие из рыцарей могут поддаться гневу, похоти и зависти, дурными делами навлечь на себя позор и запятнать свои добрые имена. Но также и наигнуснейшие злодеи и окаяннейшие грешницы иногда способны творить добро, ведь любовь, сострадание и жалость обнаруживаются даже в наичернейших сердцах. «Мы таковы, какими нас сотворили боги, — писал септон Барт, мудрейший человек из тех, кто когда-либо служил десницей короля, — сильные и слабые, добрые и злые, жестокие и милосердные, отважные и себялюбивые. Пусть знает это всякий, кому суждено править королевствами людей».

Редко истина его слов была столь несомненной, как в пятидесятый год от Завоевания Эйгона. С началом нового года по всей стране стали замышлять пиры, ярмарки и турниры, чтобы отметить полувековое царствование Таргариенов над Вестеросом. Ужасы правления короля Мейгора ушли в прошлое, Железный трон и Святая Вера примирились друг с другом, и юный король Джейхейрис I был равно любим простым народом и великими лордами от Староместа до Стены. Тем не менее, на горизонте собирались неведомые почти для всех штормовые тучи, и мудрые люди могли слышать далекие раскаты грома.

Как говорят в народе, королевство с двумя королями подобно человеку с двумя головами. В 50 году от З.Э. в Вестеросе были король, десница и три королевы, как во времена короля Мейгора… но королевы Мейгора были не более чем супругами монарха, покорными его воле. Они жили и умирали по его прихоти, тогда как каждая из королев середины века была полноправной властительницей.

В Красном замке в Королевской Гавани правила королева-регент Алисса, вдова покойного короля Эйниса, мать его сына Джейхейриса и жена королевского десницы Рогара Баратеона. За Черноводным заливом, на острове Драконий Камень, явилась королева помоложе: дочь Алиссы Алисанна, девица тринадцати лет от роду, обручилась со своим братом, королем Джейхейрисом — вопреки воле матери и ее лорда-мужа. Далеко на западе — на Светлом острове, по другую сторону Вестероса от матери и сестры — жила старшая дочь Алиссы, драконья наездница Рейна Таргариен, вдова принца Эйгона Некоронованного. В Западных и Речных землях, и также кое-где в Просторе ее уже называли Королевой Запада.

Трех королев — двух сестер и мать — связывали кровь, горе и страдания… но между ними легли тени старые и новые, и тени эти становились темнее день ото дня. Согласие и единство намерений, благодаря которым Джейхейрис, его сестры и мать смогли свергнуть Мейгора Жестокого, начали трещать по швам по мере того, как давали о себе знать подспудно вызревающие обиды и раздоры. Весь оставшийся срок регентства мальчик-король и его маленькая королева был не в ладах с десницей короля и королевой-регентом — это соперничество продолжилось и во времена царствования Джейхейриса и угрожало снова ввергнуть Семь Королевств в войну.

Дабы нас не упрекали в умолчании, необходимо отметить, что в Вестеросе в 50 году от З.Э. была и четвертая королева. Дважды вдовая королева Элинор из дома Костейнов, та самая, что обнаружила короля Мейгора мертвым на Железном троне, покинула Королевскую Гавань после воцарения Джейхейриса. В облачении кающейся грешницы, в сопровождении только служанки и одного верного латника она направилась в Орлиное Гнездо в Долине Аррен навестить старшего из трех сыновей от Тео Боллинга, а затем в Хайгарден в Просторе, где у лорда Тирелла воспитывался средний ее сын. Убедившись в их благополучии, бывшая королева с младшим отпрыском направилась в Три Башни, родовой замок своего отца в Просторе, где объявила, что желала бы прожить остаток своей жизни в тишине и спокойствии. Судьба и король Джейхейрис имели на ее счет другие планы, о чем мы расскажем позже. Здесь же достаточно сказать, что королева Элинор не играла никакой роли в событиях 50 года от З.Э.

Непосредственным поводом этих трений была неожиданная и тайная женитьба короля на своей сестре, которая состоялась без ведома десницы и королевы-регента и разрушила их собственные замыслы и планы. Однако было бы ошибкой полагать, что к отчуждению привела эта единственная причина; свои шрамы оставили и другие свадьбы, что состоялись в 49 году от З.Э., в Год Трех Невест.

Лорд Рогар никогда не спрашивал у Джейхейриса позволения жениться на его матери, и юный король считал это упущение знаком неуважения. Более того, его милость не одобрял и сам брак; как он позднее признался септону Барту, он ценил лорда Рогара как советника и друга, но не нуждался во втором отце, и полагал, что даже превосходит десницу по части ума, нрава и здравости рассудка. Джейхейрис также считал, что с ним могли бы и посоветоваться по поводу брака его сестры Рейны, хотя эту обиду он переживал не так остро. Королева Алисса, со своей стороны, была глубоко обижена тем, что ее не уведомили и не пригласили на свадьбу Рейны на Светлом острове.

Далеко на западе Рейна Таргариен лелеяла свои собственные обиды. Как королева Рейна признавалась верным друзьям и подругам, которыми она окружила себя, она не понимала и не разделяла привязанности своей матери к Рогару Баратеону. Рейна неохотно уважала то, как он выступил в поддержку ее брата Джейхейриса против дяди Мейгора, но не могла ни забыть, ни простить бездействие Рогара в отношении ее собственного мужа, принца Эйгона, который бился с Мейгором в битве у Божьего Ока. Чем дальше, тем больше возмущалась королева Рейна по поводу того, что ее собственными правами на Железный трон, а также правами ее дочерей пренебрегли в пользу «братика» (как она обыкновенно называла Джейхейриса). Первой на свет появилась она — напоминала Рейна тем, кто был готов ее слушать, и стала драконьим наездником ранее всех своих братьев и сестер; и тем не менее, все они и «даже моя собственная мать» сговорились