Пламя и кровь - Джордж Мартин Страница 51

Однако день ото дня гостеприимство становилось все менее приятным для Рейны Таргариен. Королеве Запада стало ясно, что служанки шпионят за ними, донося лорду и леди Ланнистерам о каждом ее шаге. Одна из замковых септ расспрашивала Саманту Стокворт, был ли консуммирован брак королевы и Эндроу Фармана, и если был, имелись ли тому свидетели. Сир Тайлер Хилл, пригожий бастард лорда Лимана, открыто насмехался над Эндроу и делал все, что только мог, чтобы заслужить расположение Рейны, рассказывая ей о своих подвигах во время битвы у Божьего Ока и показывая свои шрамы, которые он заработал «на службе у вашего Эйгона». Сам лорд Лиман начал проявлять неуместный интерес к трем драконьим яйцам, привезенным королевой со Светлого острова, расспрашивая, как и когда они вылупятся. Его жена, леди Иокаста, частным образом рассуждала, что одно или несколько яиц могут стать прекрасным знаком признательности от ее милости дому Ланнистеров. Когда эта уловка оказалась безуспешной, лорд Лиман прямо предложил за яйца баснословное количество золота.

Королева Рейна понимала, что лорд Утеса Кастерли желал большего, чем просто услужить знатной гостье. За приятными манерами скрывался хитрый и честолюбивый человек — слишком хитрый и честолюбивый, чтобы удовлетвориться столь малым. Он хотел заключить союз с Железным троном, возможно, устроив ее брак со своим бастардом или одним из законных сыновей. Такой союз поставил бы Ланнистеров над Хайтауэрами, Баратеонами и Веларионами, сделав их вторым домом в королевстве. А еще он хотел драконов. С собственными драконьими всадниками Ланнистеры встали бы вровень с Таргариенами.

— Некогда они были королями, — напоминала она Сэм Стокворт, — Он улыбается нам, но его взрастили на историях о Пламенном Поле, и он ничего не забыл.

Рейна Таргариен столь же хорошо знала историю, историю Валирийской республики, написанную пламенем и кровью.

— Мы не можем здесь оставаться, — уверяла она своих друзей.

Теперь мы вынуждены на время покинуть королеву Рейну и вновь обратить взор на восточное побережье, на Королевскую Гавань и Драконий Камень, где регент и король продолжали пребывать в разногласиях.

Как бы ни досаждала королеве Алиссе и лорду Рогару королевская свадьба, она была далеко не единственной их заботой. Главной проблемой были деньги, или, скорее, их отсутствие. Разрушительные войны короля Мейгора опустошили королевскую казну. Чтобы наполнить ее, мастер над монетой Мейгора увеличил уже существовавшие налоги и ввел новые, но эти меры принесли куда меньше золота, чем ожидалось, и лишь усугубили ненависть лордов к королю. Восхождение Джейхейриса на трон не улучшило ситуацию. Коронация юного принца и Золотая Свадьба его матери оказались весьма дорогостоящими мероприятиями, призванными заслужить любовь лордов и простонародья, но все имело свою цену. И впереди были еще большие траты: лорд Рогар был решительно настроен завершить строительство Драконьего Логова, прежде чем передать город и королевство в руки Джейхейриса, но средств на это не было.

Эдвелл Селтигар, лорд Клешни, проявил себя никчемным десницей при Мейгоре Жестоком. Получив второй шанс при регентстве, он оказался столь же никчемным мастером над монетой. Не желая оскорблять других лордов, Селтигар вместо этого обложил новыми налогами жителей Королевской Гавани, раз уж те были под рукой. Портовые сборы были утроены, для некоторых товаров были установлены пошлины как на ввоз, так и на вывоз, и новые подати легли на плечи владельцев постоялых дворов и строителей.

Ни одна из этих мер не наполнила сокровищницы. Вместо этого строительство остановилось, трактиры опустели, а торговля сократилась, так как торговцы повернули свои корабли на Дрифтмарк, в Сумеречный Дол и Девичий Пруд и другие порты, избегая пошлин. (Лорд Селтигар распространил свои новые поборы и на другие великие города королевства — Ланниспорт и Старомест — но там его указы имели меньшие последствия, в основном, потому, что Утес Кастерли и Высокая башня пропустили веления мастера над монетой мимо ушей и не пытались взыскивать пошлины). Чего лорду Селтигару удалось добиться, так это одного: горожане стали ненавидеть его пуще прежнего. Заодно с ним народ поносил и лорда Рогара с королевой Алиссой. Пострадало заодно и Драконье Логово: корона не могла больше платить строителям, и все работы над огромным куполом остановились.

Буря собиралась и на севере, и на юге. За время, пока лорд Рогар пребывал в Королевской Гавани, дорнийцы осмелели и стали все чаще совершать набеги на марки и беспокоить даже Штормовые земли. Ходили слухи о новом Короле-Стервятнике в Красных горах, а братья лорда Рогара Боррис и Гэрон настаивали, что у них нет ни денег, ни людей, чтобы с ним покончить.

Еще более зловещее положение дел складывалась на Севере. В 49 году от З.Э. скончался лорд Винтерфелла Брандон Старк, лишь недавно вернувшийся с Золотой Свадьбы. Как говорили северяне, он не вынес путешествия. Ему наследовал сын Уолтон. Когда в 50 году от З.Э. люди Ночного Дозора подняли мятеж в Инеистых Вратах и Собольем замке, он собрал свои силы и отправился на Стену, чтобы вместе с верными дозорными подавить восстание.

В мятеже участвовали бывшие Честные Бедняки и Сыны Воина, принявшие помилование от короля-мальчика, а возглавляли их сир Оливер Бракен и сир Раймунд Маллери, два перебежчика, служивших в Королевской гвардии Мейгора, прежде чем покинуть его ради Джейхейриса. Лорд-командующий Ночного Дозора неразумно вручил Бракену и Маллери командование двумя ветхими замками, приказав восстановить их. Вместо этого они решили сделать замки собственными твердынями, а себя объявили лордами.

Их восстание оказалось коротким. На каждого дозорного, примкнувшего к мятежу, приходилось десять, оставшихся верными клятве. Вместе с лордом Старком и его знаменосцами черные братья отбили Инеистые Врата и перевешали клятвопреступников, за исключением сира Оливера, которого лорд Старк обезглавил прославленным Льдом. Когда весть достигла