Телефонная будка несказанных слов - Су-ён Ли Страница 14

– Хорошо. Отправьте мне время и место сообщением. А вам бы пока стоило обратиться к психотерапевту. Мы подготовим все необходимые документы и свяжемся с вами. Может, у вас остались какие-то вопросы?

– Нет…

– Хорошо. Тогда увидимся на консультации. Можете на меня положиться.

Она будто знала, что мне требовалось услышать. Она дала обещание, а его нужно сдержать. Эта девушка не была похожа на человека, который разбрасывается словами. Она даже не положила трубку первая, это сделала я. Подняв голову, я окинула комнату взглядом. На лице я чувствовала высохшие дорожки от слез. Вокруг по-прежнему было темно. Освещал комнату только телефон, по которому я только что говорила.

4 октября 2022 года около 12.30 ночи самоубийца (Ли Кибом, 24 года) позвонил своей бывшей девушке, а примерно в 1.20 ночи отправил ей фотографию, сделанную на мосту через реку Ханган, со словами: «Если мы не помиримся, я спрыгну». В 1.32 он отправил ей фотографию, как наполовину свисает с моста, после чего девушка сообщила в полицию. В 1.38 прибыли сотрудники полиции, но самоубийцы уже не было на месте. Полиция незамедлительно приступила к поискам, после чего тело молодого человека было найдено. Причина смерти: прыжок с моста. По данным с камер видеонаблюдения, примерно в 1.32 он последний раз разговаривал со своей бывшей девушкой, после чего свесился с моста и упал в реку. В результате расследования установлено, что это было самоубийство. Он неоднократно говорил своей бывшей девушке, что собирается покончить с собой. В медицинской истории нет данных о психиатрическом лечении, но есть подозрения, что у него могли быть расстройства, поскольку после разрыва с девушкой он не раз говорил о суициде и отправлял фотографии с самоповреждениями. Его бывшая девушка обратилась за помощью, так как чувствует вину за случившееся. В этих обстоятельствах она решилась запросить психологическое вскрытие через интернет.

[Отчет о происшествии от 9 января 2023 года]

Я собиралась порвать с ним. Думала расстаться бесчисленное множество раз. Когда он впервые повысил на меня голос, я испугалась. Но я накричала на него в ответ, чтобы не показаться слабой и трусливой. Мы орали друг на друга, как вдруг послышался какой-то звук. Он взял мой телефон и бросил в меня.

Телефон пролетел в миллиметре от моей головы и попал в стену. Мы затихли. Пытаясь скрыть удивление, я взглянула на него. Его лицо смягчилось. Увидев это, я развернулась и подняла с пола телефон. Экран разбился. Удар был настолько сильным, что телефон отключился. Приложив палец к разбитому экрану, я порезалась, пошла кровь.

– Прости… мне очень жаль, – сказал он, стоя за моей спиной.

Я молчала.

– Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю.

Человек, который только что швырнул в меня телефон, говорил это таким жалостливым голосом. Я думала, что больше подобное не повторится. «С кем не бывает?» – успокаивала я себя. Он больше так не поступит. Он ведь любит меня. Сильно. Пока я пыталась утешить себя, он подошел сзади, обнял и сказал:

– Давай завтра купим новый? Я оплачу.

На следующий день он купил мне телефон, правда, подержанный. В свое оправдание он сказал, что хочет купить мне много дорогих вещей, но пока не может себе позволить. В руке у меня был какой-то устаревший телефон, а он улыбался, будто вчера ничего не произошло.

* * *

В то утро я проснулась от стука в дверь. Кто это может быть? Я ничего не заказывала. Мне было страшно вылезать из-под одеяла. Пока я колебалась, в дверь снова постучали.

Я медленно подкралась к двери. Перед тем как открыть ее, посмотрела в глазок. Там стояла какая-то девушка. Это был не курьер и не родители моего бывшего парня. Я посмотрела на телефон: 13 января, два часа дня. Тогда меня осенило. Я ведь договорилась о консультации с девушкой из Центра психологической экспертизы.

Я открыла дверь. Солнечный свет упал на ее лицо. Она была примерно такого же роста, как я, и у нее были большие выразительные глаза. Немного опустив взгляд, я увидела аккуратные брюки средней длины и черные лаковые туфли. Их блеск настолько ослепил меня, что из-за бликов мне было трудно смотреть на девушку, когда я подняла глаза.

– Я Кан Чиан. Мы разговаривали с вами, – сказала она, стоя перед дверью.

Она протянула мне свою визитку. На белой карточке был изображен логотип Центра, а рядом: «Кан Чиан, директор Центра психологической экспертизы». Пока я разглядывала визитку, девушка спросила:

– Я могу войти?

– А… да, конечно.

Она вошла в студию, сняла блестящие туфли и прошла за мной. Когда мы закрыли дверь, в комнате снова стало темно, настолько, что мы не могли даже разглядеть лица друг друга. Она спокойно оглядела комнату и подошла к шторам.

– Можно немного их приоткрыть? – спросила Чиан.

– Конечно.

– Мне кажется, здесь слишком темно для разговора. Извините.

Она отодвинула штору, в комнату проник яркий свет. Я даже и не знала, что здесь может быть настолько светло. Сразу бросились в глаза остатки еды из доставки, пакеты с мусором, грязный стол, разбросанные вещи. Неужели я здесь живу? Когда я подумала об этом, мне стало стыдно перед гостьей. Но она села за стол и подмигнула мне как ни в чем не бывало.

– Я почти не выхожу из дома… Боюсь, что его родители найдут меня.

Попытавшись хоть как-то оправдать беспорядок, я села напротив нее. Рассматривая ее лицо при ярком солнечном свете, я отметила, что маленький аккуратный нос делал ее похожей на ребенка. Она и правда была молода. Но напряженная атмосфера в комнате заставила меня почувствовать себя взрослой.

– Вам не холодно? – ласково спросила она.

– Я включаю подогрев пола, когда ложусь спать. Отопление для меня слишком дорого.

– Понимаю.

Я почувствовала ее беспокойство, и у меня навернулись слезы. Я не помню, когда обо мне кто-нибудь заботился в последний раз. У Чиан было доброе сердце. Я старалась не моргать, чтобы не заплакать. Слезы застыли на глазах. Заметила ли она, как у меня дрожат губы?

Я была на взводе, но она сидела совершенно спокойно. Девушка достала из сумки пакет документов, среди которых было согласие на обработку персональных данных и договор о неразглашении. Когда я подписывала бумаги, у меня дрожала рука. Закончив с документами, Чиан