Тень Лисы, след Волка - Елена Геннадьевна Бабинцева Страница 17

– И как того требуют правила?

– Я должен сдать свой меч, и потом при всех совершить ритуальное отрезание хвоста и ушей. Это будет свидетельством моего вечного позора.

Я лишь присвистнула.

– Ого, как круто. Нет, пожалуй, не стоит. Уверена, твои уши… и хвост тебе ещё пригодятся.

С той стороны двери послышалась напряжённая тишина.

– Ты можешь войти.

– Нет! Как я могу…

– Я тебе приказываю, войди.

Вздох, а потом дверь медленно отъехала в сторону. Передо мной стоял молодой парнишка. Он был одет в белую рубаху и чёрные штаны, как у ниндзя. На голове повязка. На поясе два коротких меча. Ноги в каких–то мягких длинных сапогах. На вид он был очень молод. Волосы и глаза были чёрными. Но он был очень милым. Даже красивым. И ещё… у него были уши и хвост енота!

– Та–а–к… – медленно протянула я, и этот молодец тут же бухнулся на колени в низком поклоне. – Не надо. Встань.

– Я не могу смотреть ваше лицо!

– Можешь.

– Нет, моя госпожа! Это запрещено.

Я вздохнула и скучающе спросила.

– Кем и когда это было запрещено? Моей бабушкой?

– Нет, госпожа. Этот приказ был отдан Модару–сан. Я обязан вас защищать и не более того.

Я нахмурилась. Этот волк вечно всё усложняет. Запугал парня…

– Значит, я отменяю этот приказ. Ты можешь на меня смотреть. Даже говорить. И если хочешь, можешь поздороваться за руки.

Парнишка несмело поднял голову и, убедившись, что я не мечу молнии из глаз, осторожно выпрямился и встал на ноги.

– Ну вот, другое дело! – радостно сказала я. – Итак, ты у нас кто?

– Э–э…

– Ну, расскажи, кто ты такой и как тебя зовут. Я ведь не знаю, кто есть кто. Я вообще о вашем мире мало что знаю.

Парнишка просиял и тут же начал говорить.

– Меня зовут Сёкити. Я – тануки. То есть оборотень–енот.

– Как Модару, что ли?

– Нет, госпожа! Что вы… Модару–сан – сильный ёкай. Я просто оборотень.

Я пожала плечами. Значит, оборотень–енот…

– И давно ты мне служишь, Сёкити?

– Меня наняли за пару месяцев до вашего приезда, госпожа. Рассказали, в чём мои обязанности.

– Ясно. И что конкретно входит в твои обязанности?

– Я должен охранять ваш покой. Я должен знать всех, кто входит в ваши покои. Я знаю в лицо и по именам всех постояльцев храма. Также я слежу за территорией храма. Два раза в день я совершаю обход и слежу за порядком. Мне запрещено говорить с кем бы то ни было.

– Не слишком ли тяжко для такого молодого парнишки? – я искренне стала жалеть его.

– Что вы, госпожа! Это большая честь служить хранителю священного храма горы Фудзи.

– У тебя тоже сегодня выходной, – подумав, решила я.

Сёкити так дёрнулся, что мне казалось, он сейчас расплачется.

– Но госпожа…!

– Это приказ.

– Модару–сан…

– Можешь плюнуть ему в кашу. Я говорю тебе отдыхать сегодня. За мной он и присмотрит. А ты заслужил свой законный выходной. У нас тут не рабство, знаешь ли.

Сёкити неуверенно кивнул.

– Но… вы же меня не выгоните?

– Нет. Я хочу, чтобы ты отдохнул.

Радостный тануки поклонился и чинно удалился за дверь.

Я сложила руки на груди. Модару всех тут запугал своим мрачным видом. Что ещё за новости… на меня нельзя смотреть! Сам ходит, глазеет, а другим фигу…

Кстати, надо бы его найти. Сказать спасибо и всё такое…

Только вот почему–то мне было неловко и стыдно идти к нему с благодарностями. Опять мину скорчит, скажет, что это не из–за меня. И вообще, всё было бы хорошо, если бы я была сильнее. Но как бы то ни было, я обязана ему жизнью. И раз я его госпожа, то надо себя и вести соответственно.

Я решительно направилась к двери и, выйдя в коридор, спросила у маленького духа огня, который служил здесь светильником.

– Не знаешь, где Модару?

Огонёк вытянул тонкую лапку и показал на лестницу вниз.

– Он во дворе? Хорошо, спасибо.

Я пошла по коридору и направилась к большим дверям из храма. День был сегодня дивный. Небо дышало такой лёгкостью, что синева казалась бездонной. Лёгкий ветерок играл чуть пожелтевшей листвой. Здесь было красиво. Может, мне бы и понравилось жить тут.

Однако я быстро вспомнила, зачем пришла. Но волка не было видно. Странно…

Я вышла во двор и, походив из стороны в сторону, уже хотела зайти обратно, как вдруг Модару вырос будто из–под земли.

Взметнулись рыжие волосы и засияли на солнце, как золото. Зелёные глаза прожигали меня насквозь. Злится…

– Тебе надо лежать.

– Я здорова, – как можно спокойнее сказала я. – А вот ты выглядишь уставшим.

– Моё состояние тебя не касается… госпожа.

Я даже удивилась. Кстати, я ведь здесь, чтобы сказать ему спасибо. Пришлось немало пересилить себя. Стоит, молчит. Руки на груди сложил. Смотрит в сторону. Меня будто и нет тут.

– Спасибо.

Модару лишь мельком скосил взгляд и тут же отвернулся. Я улыбнулась. Ну ладно. И так неплохо. Вот если бы он кинулся мне на грудь с рыданиями о моём бедном здоровье, вот тогда было бы странно.

– Где Миюки? Почему отпустила одну?!

– Я дала ей выходной.

– Ты что?!

– Выходной, – подсказала я, смотря, как удивлённо вытянулось лицо Модару. – А что, моя бабушка такой практики не вела? Кстати, и что это за самоуправство? Запугал бедного парня… Сёкити тоже сегодня отдыхает.

Лицо Модару перекосилось. Я уж боялась, что так и заклинит. Волк что–то зашипел и шумно выдохнул.

– Ты должна находиться под постоянным присмотром теперь! А ты… отправила всех отдыхать!

– А ты на что?

– Я?! Я тебе не нянька!

– Ты мой слуга. Захочу – будешь нянькой. И не делай такие глаза.

Модару фыркнул, я тоже нахмурилась. Пришла, говорю благодарности, а он нос воротит. Конечно, я понимаю, что если бы не Модару, то сегодня утром я бы глаза не открыла.

– Не злись. Я тоже беспокоюсь о вас. Никому не будет лучше от того, если вы будете падать от усталости.

– Я – ёкай, Миюки тоже, Сёкити – оборотень, – вкрадчиво пояснил волк, – мы можем не отдыхать. Мы можем не есть. Твой поступок…

– Знаю, необдуманный, – перебила я его. – Я здесь не за тем, чтобы ругаться. Я пришла сказать спасибо. Ты рисковал жизнью. Миюки всё рассказала мне.

Модару лишь мрачно выдохнул и проговорил.