Господин чиновник. Том 1 - Amazerak Страница 2

– Эх, весёлый разговорчик меня ждёт, – я взял со стола расчёску и, подойдя к зеркалу, стал приглаживать водой и расчёсывать топорщащиеся не слишком длинные волосы. – В кабинет, говоришь? Ладно, приведу себя в порядок и отправлюсь на экзекуцию. Даже перед смертью надо выглядеть хорошо.

– О нет, что вы, я не думаю, что его сиятельство посмеет убить собственного…

– Я тоже надеюсь, что всё обойдётся, – перебил я. – Кстати, а где кабинет?

– На втором этаже, в правом крыле, – слуга сделал круглые глаза. – Вы уверены, что вам не надо к доктору?

– Нет, мне сейчас надо к деду на беседу, а с докторами потом. Можешь идти.

– Слушаюсь, – слуга поклонился и вышел, аккуратно затворив за собой дверь.

Теперь мне предстояла новая задача: найти кабинет деда. Общение, скорее всего, приятным не будет. Старик начнёт распекать нерадивого внука за вчерашний кутёж, а мне придётся держать ответ за всё, что сотворил этот бестолковый юнец перед моим вселением. Забавно. Новая жизнь началась не самым воодушевляющим образом. Но это было немного лучше, чем находиться в окружении жутких тварей в обречённом городе.

Глава 1

Выйдя из комнаты, я оказался в узком тёмном коридорчике. Думал, придётся попыхтеть в поисках кабинета, но интуиция, основанная на обрывках знаний юноши, сама повела меня в нужном направлении.

Проживал Артур в пристройке, где находились комнаты для слуг. Странное решение, если учесть, что особняк был достаточно просторный, имел три этажа и кучу свободных комнат. Но почему так произошло, я понял быстро: вместе с дорогой к дедовскому кабинету, вспомнилось и то, как к парню здесь относились.

Кабинет был обставлен не менее старомодно, чем комнатушка внизу, только более роскошно. По нижней части стен тянулись деревянные панели, в центре громоздился массивный письменный стол с обтянутой зелёным бархатом столешницей, в углу стоял большой диван-честер, отделанный коричневой кожей, за рабочим креслом возвышался дубовый шкаф, подпирающий потолок, а напротив висел портрет сурового бородача в нарядной одежде.

В комнате никого не было, и я подошёл к окну. По широкой улице, что тянулась вдоль полноводной реки, проезжали редкие машины вперемешку с колясками, запряжёнными лошадьми. Автомобили эти напоминали кареты, и у каждого над крышей торчало по трубе: у некоторых спереди, у других – сзади. По тротуарам прохаживались люди в старинной одежде: мужчины – в сюртуках, котелках или цилиндрах, женщины – в длинных, закрытых платьях и изящных шляпках с узкими или широкими полями.

Сразу стало ясно, что мир, куда я попал, находится на более низкой ступени развития, нежели мой, и в отличие от моего, здесь в качестве движущей силы местные обитатели предпочитают пар вместо бензина. Календарь на стене показывал июнь тысяча девятьсот пятидесятого года, хотя мода и техника напоминали более старые времена, век эдак девятнадцатый.

Память подсказывала, что здесь до сих пор существует Российская империя, тогда как у нас она давно распалась. Я вначале подумал, что в этом мире царит относительное благополучие, но очень быстро в голове стали всплывать обрывки информации о наличии Скверны. Значит, и этот мир заражён, причём века эдак с семнадцатого. Здесь тоже случались крупные прорывы, тоже гибли города под напором загадочных тварей, однако захватить всю сушу Скверна по какой-то причине пока не могла.

Среди вороха мыслей всплыло и весьма чёткое понимание, кто я такой. Сейчас меня звали Артур Ушаков, и я был старшим внуком генерала в отставке князя Георгия Павловича Ушакова, героя русско-австрийской и русско-турецкой войн, владельца обширных земельных угодий в трёх или четырёх губерниях и нескольких тысяч крепостных. Отец юноши погиб на службе (хотя подробностей я припомнить не мог), и с самого детства Артура воспитывал дед в своём петербургском особняке. Правда, из-за того, что у парня так и не открылся фамильный дар, старик сильно недолюбливал непутёвого внука, что делало жизнь последнего, мягко говоря, не слишком счастливой в родных стенах.

Дверь открылась, и в комнату вошёл господин преклонных лет, облачённый в длинный сюртук тёмно-бордового цвета. Левую половину лица мужчины закрывала кожаная полумаска с позолоченным окуляром. На пальцах красовались перстни, на лацканах и по бортам – золотые узоры, а от пуговицы к карману тянулась цепочка часов. Сразу бросалась в глаза военная выправка старика.

– Очухался, значит? – проговорил дед недовольно, словно он был не рад, что внук пришёл в сознание.

– И вам доброе утро, Георгий Павлович – я обернулся. – Вашими молитвами. Жив, здоров и… почти невредим. Только голоден, как собака, и голова раскалывается.

Единственный глаз деда с недоумением посмотрел на меня. Кажется, прежний Артур так со старшими не общался. Но что поделать? Мне, человеку столь высокого статуса, пусть и в прошлой жизни, не пристало лебезить перед первым попавшимся князьком.

– Садись, – рыкнул дед, словно усталый лев.

– Благодарю, – я устроился на диване. – Слуга сказал, вы хотели меня видеть. Полагаю, речь пойдёт о вчерашнем вечере?

Дед уселся за массивный письменный стол, сцепил перед собой могучие морщинистые руки и оглядел меня из-под сведённых бровей, а потом заговорил, и в голосе его чувствовалась угроза:

– Ты меня окончательно разочаровал, Артур. Мало того что сила в тебе так и не пробудилась, так ты ещё и род мой позоришь.

Я улыбнулся:

– Не каждый же день бывает выпускной. Было бы преступным не отметить столь знаменательное событие.

– Хватит паясничать! – деду не понравился мой насмешливый тон. – Негодный мальчишка! Я его приютил, дал крышу над головой, и вот что получаю взамен?! Если бы я захотел, то превратил бы тебя в горсть песка! Ты прекрасно знаешь, что не имеешь силы, так зачем тогда спровоцировал драку? Ты хочешь нашей с Булатовыми ссоры? Ты поставил меня в очень скверное положение. Отпрыска моего рода бьют у всех на виду, а мне что прикажешь делать? Молча стерпеть?

– Как вариант, можно кого-нибудь побить в ответ. Ну или потребовать компенсацию…

– Молчать!!! – дед стукнул по столу.

Я отчасти понимал старика: история получилась неприятная. У Артура в гимназии сложились не самые хорошие отношения с одним из отпрысков Булатовых, и вражда детей двух знатных родов могла иметь дурные последствия для обоих семейств. Артура презирали многие сверстники из-за отсутствия у того магической силы, но не трогали благодаря авторитету деда, но Булатову это не помешало.

– Будь по-вашему, Георгий Павлович. Нерадивый внук смолкает,