Скверная жизнь дракона. Книга 8. Часть 2 - Александр Костенко Страница 2

— Нет, не надоело, просто… — Соя подняла на меня взгляд. — Просто, вот, я… Ну, да, скучно. Нет, не с хозяином, нет, но… Там интересней было. На материке, там всякой вкусной еды много было. Мы точно туда вернёмся?

— Как я и обещал, конец лета мы обязательно встретим на южном материке, — на мои слова Соя довольно улыбнулась, чуть прищурившись от удовольствия. — А теперь договоримся: ещё хоть один раз ослушаешься меня, и я тебе жопу надеру так, что сидеть не сможешь. Ты меня поняла?

— Угусь, — Соя усиленно закивала, моя рука на её макушке заматылялась в такт детской голове. Девочка растерянно покосилась на принесённые трофеи и ещё раз, но чуть робко протянула их мне. — Чего делать с ними?

— Ядро убери к остальным неподготовленным, а оболочку осмоли и убери волоски, умеешь это делать. Не выбрасывать же.

— Она вкусная! Сладкая и кисленькая, — довольно прощебетала Соя и на секунду задумалась. — А… можно пирог из них сделать? Ну, взять те, от мицелия прожилки хлебные, которые мы высушивали…

— Сделать из них муку и тесто, а внутрь покрошить оболочку? — Соя в ответ низко кивнула. — Если запекать, то сухими станут. Вымочить сперва надо.

— Я всё сделаю! — малышка с азартом выскочила из огороженной рабочей части пещеры, быстренько переоделась в домашнюю одежду и побежала в созданную около пещеры пристройку, где у нас кухня и склад с провиантом. Прошло уже четыре года, а Соя всё так же шебутная и непоседливая.

В первый год на материке скверны я обучал Сою добывать порождения и миклы, и усиленно убивал Фласкарских стрекочущих энтов скверны, ту самую переходную стадию древней с нервными трубками внутри тела. Они после оклазии распрямляются, становятся чёрными и неимоверно прочными. Вот их мне и надо было тысячи разных, особенно самых длинных, шестиметровых. Инструмент у меня уже был, я его нашёл в небольшой поселении ещё когда один прилетал на скверный материк. Так что я, привязывая себя к стене во внешней пещере, затыкал визжащую свиньёй паранойю и спускался по склону на несколько метров. И нещадно махал киркой, зубилом и молотком, выдалбливая ямки в каменной породе. В них под углом вставлял шестиметровые чёрные палки и фиксировал скверным цементом, он в разы прочнее природного камня.

На эти диагональные упоры, используя скверный клей и чёрные палки, я сверху настелил крепкую и широкую площадку. Большую часть отведена для моей истинной формы, чтобы приземляться удобней, а кусок около входа в пещеры мы с Соей до первых холодов превратили в пристройку. Стены складывали из чёрных палок, как и скатную крышу, чтобы во время каменной лавины нам ничего не переломало. Утеплили кожей кракчатов и мехом шестилапых манулов. В первую зиму ветер через щели задувал, да и решётчатый пол не очень удобен для ходьбы. Но на второй год мы добыли полёвок скверны, выпрыгивающих из земли полукреветок-полукрыс. Как раз их пластинками и обклеили пол, стены и потолок, и в пристройке стало очень даже уютно. Но это всё делалось не из-за дурости.

Я-то ещё в прошлые выживания привык раз в неделю обтираться тряпкой, а утром и вечером зубы чистить и умываться — но вот Соя подобного бы не выдержала. Да и, в отличие от меня, у неё волосы растут быстро, и мне не хотелось найти у неё вшей и прочего гнуса. В первый год не получилось всё вовремя сделать, поэтому я предложил девочке подстричься налысо. Малышка сразу согласилась и ещё месяц с довольной улыбкой крутилась рядом, гладила выстриженную макушку и щебетала, что она как хозяин, за что не единожды удостаивалась лёгкого щелбана. Чтобы не дразнилась и не расслаблялась.

На второй год мы занялись пещерами. Во входной вместо мини-кухни и огороженного туалета теперь ванная комната с полноценной ванной. Она из каркаса чёрных трубок и обшита пластинками полёвки, на южном материке за потраченные на неё заллаи можно купить дом в деревне с землёй. Но зато мы с Соей наслаждались ванной с подогревом из розовых шариков. Мы их с утра рядком зажигаем под ванной и к вечеру вода в ней приятно-обжигающая. Заодно я выдолбил канал в полу, чтобы спускать воду сразу по склону горы. Единственная проблема — её натаскать, но зимой мы топим снег, а в тёплую погоду частенько моемся у ручья под горой.

В пристройке из псехвотрубок же теперь склад, кухня и столовая, летом в ней прохладно, а зимой помещение согревают горящие розовые оболочки. А тёплая пещера всё так же разделена на небольшую рабочую часть и спальную зону. Кое-где к стенам я приклеил держатели для факелов с розовыми оболочками, чтобы Соя не ходила в потёмках. Но это мелкое наказание напрочь отказалось спать отдельно.

Ещё в первую неделю нашего прибытия мы собрали вторую кровать из каркаса псехвотрубок, шерстяной циновки и высушенной травы. Соя помогала делать кровать специально для неё и даже слова лишнего не сказала, а когда всё было готово — проигнорировала наши труды и на ночь забралась ко мне. Я в первый раз её прогнал, во второй, в третий. А на четвёртый не смог устоять перед жалобным щенячьим взглядом красных глаз и махнул рукой. С тех пор Соя постоянно спит со мной и очень обижается, если я не тороплюсь идти в кровать. Иногда я даже задаюсь вопросом, кто именно из нас двоих раб и хозяин, и когда это мы успели поменяться ролями?

Соя на кухне, встав на табуретку, с предвкушающей улыбкой мелко нарезала оболочку Мулского гусеничного хитца скверны. Тварь, выглядящую как гусеница с восьмью коричневыми сегментами тела и десятками пар паукообразных лапок, растущих из спины каждого сегмента.

— Хозяин, вот, — Соя протянула мне широкое кольцо, отрезанное от сегмента. — Я оставила вам.

— Сама-то хоть поела?

— Угусь. Мне нравится кожура хитца, только… он воняет, когда добываешь, — Соя поморщила маленький носик, вспомнив отвратный запах. — К ужину сделаю пирог, он будет вкусным.

— Если хорошо получится, то завтра попробуешь приготовить пирог с мясом.

— С языком манула? — Соя задумчиво приподняла взгляд, не столько спрашивая у меня, а сколько прикидывая как такой пирог приготовить. — Я тогда замочу мясо со специей, и с розовой коробочкой буду делать.

— У тебя обязательно получится, — я потрепал макушку девочке, на что та довольно прищурилась. Её волосы едва касаются плеч, так что Соя во время готовки всегда подвязывает их верёвочкой в аккуратный маленький хвостик. Если по первому времени я готовил самостоятельно, обучая Сою как и чего с дарами скверны