Скиталец: Возрождение - Дмитрий Лифановский Страница 3

— Спасибо, — она чуть наклонила голову и прямо посмотрела мне в глаза. — Но я пришла не за этим. Я всё ещё патриция, Рагнар. Со шрамами или без них — я знаю, как играть в эти игры. Сплетни, яд, связи — всё, чему меня учили. Я хочу раскопать, кто стоит за культом. Для себя, для тебя, для нас. — Она замолчала, и вдруг добавила со злобным шипением, — И уничтожить их. Я хочу, чтобы они испытали все, что испытала я. Вдвойне, втройне… — ее лицо исказилось в ярости, — я хочу, чтобы ты помог мне уничтожить их!

Я сжал её руку крепче, кивнув:

— Уничтожим, Настя. Найдем их имена, связи, всё, что нужно. А я сделаю так, чтобы они пожалели, что вообще родились. Культисты, ренегаты, император — все ответят. Но не за счёт твоей души. Мы сделаем это вместе, ты, я, Рогнеда и Наталья. У тебя есть какие-то мысли или подозрения?

— Нет, — она медленно покачала головой, — пока нет. Но я хотела бы написать несколько писем. Подругам. Надеюсь, — губы девушки дрогнули, — они у меня еще есть. Кое-что выяснить и уточнить. Наталья обещала помочь со своей стороны.

— Что нужно от меня?

— Деньги, — она торопливо добавила, — я понимаю, сейчас война и у тебя не так много ресурсов…

Я приложил палец к ее губам, заставив замолчать.

— Скажешь сколько надо. Деньги, драгоценности, артефакты, добыча из Заброшенных земель. Информация бесценна.

Она изумленно уставилась на меня:

— Но…

— Сколько надо, Настя. Все ресурсы рода, нашего рода в твоем распоряжении.

— И много их, этих ресурсов у нашего рода?

— Достаточно, — улыбнулся я.

— И все же…

— Всему свое время, госпожа Евпатор. Это тайна рода Раевских.

Она вздрогнула, опустив ноги на пол и, выпрямившись, словно проглотила лом. Изящный, чудом не задетый проклятьем, подбородок задрался вверх, а взгляд холодно застыл, уставившись в стену. Губы девушки задрожали.

— Ты что это удумала? — повинуясь спонтанному порыву, я подхватил ее на руки и усадил к себе на колени. Анастасия напряглась еще сильней и тут же обмякла, прижавшись ко мне. — Отобьём посланный Никифором легион и проведем тройной обряд. Не хочу терять ни одну из вас. Слишком много выгоды мне принесет этот брак.

Настя вперилась полыхнувшим злобой взглядом мне в лицо и тут же усмехнулась:

— Дурак ты, хоть и ярл! — она попыталась ударить меня кулаком в грудь, но я не позволил, впившись в губы девушки поцелуем. Нашим первым поцелуем.

— Таак, — раздался позади ехидный голос Натальи.

— Неприступная имперская крепость пала под лихим натиском северного варвара, — поддержала ее Рогнеда.

Анастасия испуганно отпрянула и тут же, победно усмехнувшись, сама присосалась к моим губам. Наталья опустилась в кресло, на котором только что сидела Настя, а Рогнеда встала у нее за спиной, облокотившись на высокую спинку. Обе княжны, улыбаясь, с интересом, словно в театре, смотрели на наш затянувшийся поцелуй.

— Ну все, хватит, — вдруг серьезно заявила Рогнеда. Едва мы прервались, она посмотрела на меня. — Прибыл Стрежень со своими. Легион в дневном переходе от Хлынова.

Я тут же вскочил, аккуратно посадив Анастасию на свое место. Вовремя мы разобрали железнодорожные пути. Если бы не успели, имперские войска с комфортом въехали прямиком на городской вокзал.

— Отлично! — меня охватила эйфория, вызванная окончанием затянувшегося ожидания. — В Княжество сообщили?

— Я связалась с отцом, — кивнула Наталья.

— Ну, что ж. Настало время показать Никифору, да и всем остальным, кто Хозяин в Пограничье.

Глава 2

Я стоял, вглядываясь в серую предрассветную хмарь — туда, откуда должны были появиться имперцы. Позади меня, вдоль лесной опушки, среди деревьев растянулись наши оборонительные позиции, по колено залитые ледяной талой водой вперемешку с грязью — траншеи, ходы сообщения, блиндажи, стрелковые ячейки. Впереди, превратившийся благодаря весенней распутице в жидкую жирную коричневую, липнущую тяжелыми комьями к колесам и ногам кашу, большак.

Имперцы рассчитывали на внезапность, на то, что мы не успеем, не решимся уничтожить единственную железную дорогу, связывающую Пограничье с цивилизацией. И просчитались. Эллинов снова подвело их высокомерие. Легиону пришлось преодолеть несколько десятков верст по бездорожью. Выматываясь и теряя людей и технику, еще не вступив в боевое соприкосновение. Неужели у Никифора не нашлось трезвомыслящего командира, чтобы отложить наступление до конца распутицы? Или легион ведёт очередной придворный лизоблюд? Хотелось бы, но надеяться на это глупо. Да и ни к чему.

Накануне я созвал командиров, огласил задачу, распределил силы. Спокойно, без лишней суеты. Война — это работа. Мы были готовы настолько, насколько это возможно в наших условиях. Конечно, я ждал легион немного позже. По моим расчетам они должны были появиться, когда подсохнут дороги. Но их преждевременное появление не сильно-то и повлияло на наше положение. Все равно, больше, чем сделала Радомира для укрепления города, сделать было невозможно. Я взглянул на замершую рядом женщину, хищно вглядывающуюся вдаль. Живое дело и ответственность преобразили ее. Она словно помолодела на несколько десятков лет. Все-таки контрабанда слишком мелко для такой деятельной и властной натуры, как княгиня Воронова. Ее стихия — битва. Даже странно, что она не стала жрицей Перуна или Тюра. Все-таки смерть не воинственна.

— Вороновы испокон веков служили Моране, — проскрипела Радомира не отводя взгляда от дороги, — А Перуну мой Любомир служил. Вот он воин был. Настоящий! — ее голос был переполнен любовью и гордостью за умершего мужа, — А я так, нахваталась по верхушкам.

Я что, вслух это произнес? Демоны! Волнуюсь, как новобранец перед первой схваткой.

— Хорошо нахваталась, — усмехнулся я, — Кочки без боя забрала.

— Ай, — она пренебрежительно махнула сухой рукой, — было бы о чем говорить. Ты же видел Стилиана. Трусливая жирная свинья. После того, как мы взяли Хлынов, он только и ждал момента, чтобы сдаться.

Тут не поспоришь. С комендантом Кочек нам повезло. Гарнизон сложил оружия без единого выстрела. Сопротивление оказали только ренегаты, запятнавшие себя кровавыми расправами над мирным населением. Этим терять было нечего, и сражались они до последнего — лучше погибнуть в бою, чем мучительно сдохнуть, корчась на колу. А иной судьбы у нас для них припасено не было.

Я бы и эллинов рассадил рядом, но политика — будь она не ладна. Война рано или поздно закончится, придется налаживать отношения с соседями и ни к чему, чтобы между нами была лишняя кровь. И речь не об Империи, а об имперских родах, чьи отпрыски оказались в рядах гарнизона. Врагов у меня и так хватает, зачем плодить еще?