Месть Аделаиды. Второй шанс для жены дракона - Елена Крамская Страница 4

Я медленно поднялась на ноги. Колени больше не дрожали. Тело, такое юное, легкое, полное сил, еще не знавшее ни ядов Геры, ни истощающих беременностей, ни плетей в темницах, подчинялось мне беспрекословно.

Шаг. Ворс ковра приятно холодил ступни. Еще шаг.

Я шла к высокому напольному зеркалу в резной деревянной раме, стоящему в углу комнаты. Оно всегда стояло там. Я любила крутиться перед ним, примеряя новые платья, мечтая о том, как однажды уеду в столицу, встречу прекрасного принца и стану королевой.

Я остановилась перед зеркалом.

С гладкой поверхности на меня смотрела девушка. Огненно-рыжие волосы, спутанные после сна, тяжелыми волнами падали на плечи, горя в лучах утреннего солнца. Тонкая, почти детская шея, нежная линия ключиц. Фарфоровая кожа, чуть тронутая россыпью бледных веснушек на носу. Пухлые, слегка искусанные губы.

Это была Аделаида Марцел. Двадцатилетняя дочь влиятельного лорда Огненных Земель. Девушка, чья жизнь была беззаботной сказкой.

Мои глаза всегда были цвета весенней листвы — яркие, теплые, смеющиеся. Теперь же в них не было весны. Зелень потемнела, стала густой, как лесная чаща перед бурей. В них застыл мрак и холод морской пучины.

Из глубины зеркала на меня смотрела не юная, испуганная девочка. Оттуда смотрела женщина, которая помнила вкус собственной смерти. Которая пережила предательство. Женщина, у которой отняли ребенка и выбросили, как мусор, со скалы.

Я коснулась холодного стекла кончиками пальцев.

Губы в зеркале дрогнули, но не в жалкой попытке заплакать. Они изогнулись в медленной, кривой улыбке, от которой мое юное лицо мгновенно стало хищным и чужим.

В груди снова стало жарко. Искра гнева разгоралась, превращаясь в ревущее пламя. Я чувствовала, как оно течет по моим венам, обжигая, наполняя меня силой, о существовании которой я раньше и не подозревала. Силой, отголосок которой я слышала в том предсмертном реве Дракона.

— Ты считал меня слабой, Валериан, — прошептала я своему отражению. Голос был тихим, ровным, — Вы с Герой считали меня глупой пешкой на вашей шахматной доске.

Я прижалась лбом к зеркалу. Стекло холодило кожу, остужая жар, поднимающийся изнутри.

У меня есть ровно год, чтобы вырвать с корнем ядовитые сорняки в собственном доме. Год, чтобы спасти отца от участи, которую ему уготовила моя милая мачеха. Год, чтобы подготовиться.

Потому что, когда начнется Отбор, я не буду той овечкой, которую приведут на заклание, я не влюблюсь в его лживые глаза и не склоню голову.

В этот раз я буду той, кто держит цепь.

Я резко отстранилась от зеркала.

Где-то внизу, в главной столовой, Гера сейчас наверняка пьет утренний чай, мило улыбаясь моему отцу, а ее дочь Мая планирует очередную пакость. Они думают, что контролируют ситуацию. Думают, что я — лишь досадное недоразумение на пути к их власти.

Я подошла к тяжелому дубовому шкафу, рывком распахнула створки. Запах лаванды ударил в нос. Ряды платьев — шелк, бархат, кружева.

Моя рука скользнула мимо пастельных тонов. Пальцы сжали плотную, темную ткань платья для верховой езды цвета глубокого, лесного мха. Удобное и практичное.

Я сбросила ночную сорочку. Она упала к моим ногам белой лужей. Я осталась стоять обнаженной посреди комнаты. Холодный утренний воздух коснулся кожи, вызвав россыпь мурашек.

Я провела ладонями по ребрам, спустилась к животу. Надавила.

Боль утраты накатила с новой силой, ударила под дых, заставляя согнуться. Я стиснула зубы так сильно, что заболели челюсти. В горле застрял сухой, беззвучный крик. Мой ребенок, мой нерожденный малыш, преданный собственным отцом.

Я зажмурилась. Перед мысленным взором вспыхнул образ другого дракона.

Лорд Дейран. Человек, за которого я должна была выйти замуж вместо Валериана. Тот, кто, как я теперь понимала, был моей единственной истинной судьбой. Тот, чей драконий рев разорвал ткань пространства и времени, чтобы дать мне второй шанс.

Я выпрямилась. Вдохнула глубоко, загоняя боль утраты на самое дно души. Она станет моим топливом.

Я быстро оделась. Туго зашнуровала корсаж, быстро заплела в тугую косу, чтобы волосы не мешали, и снова бросила взгляд в зеркало.

Нежная леди Аделаида Марцел исчезла. На меня смотрел грозная, женщина, готовая к битве.

Я распахнула дверь и шагнула навстречу своему прошлому, которое собиралась сжечь дотла. Игра началась, мои дорогие, и в этот раз правила устанавливаю я.

Глава 2

Я спускалась по широкой винтовой лестнице и направлялась к самому началу своей большой игры — в столовую к завтраку.

Воздух в родовом замке был густым, застывшим, пропитанным запахами, которые я знала с детства, но теперь воспринимала совершенно иначе. Терпкий аромат пчелиного воска от натертых до блеска дубовых перил, тяжелый, почти приторный запах увядающих роз в огромной вазе на промежуточной площадке и едва уловимая нотка озона, всегда предшествующая грозе в наших краях.

Мои пальцы скользнули по перилам. Гладкое, прохладное дерево было отполировано сотнями рук моих предков. Я посмотрела на их портреты, что суровыми рядами взирали со стен. Раньше я видела в них лишь пыльные изображения давно умерших людей. Сейчас же я смотрела им в глаза и искала ответ. Искала в них силу.

Вот мой прадед, лорд Орион, прозванный Железным Грифоном. Он в одиночку удерживал горный перевал против десятикратно превосходящего врага. А вот моя бабушка, леди Серафина, чья красота была легендой, но чей ум был острее любого кинжала. Она одним письмом разрушила могущественный торговый альянс, угрожавший нашим землям.

В моих венах текла их кровь, кровь воинов и стратегов, а я позволила себя превратить в безвольную куклу, в жертвенную овцу. Такого больше не повторится.

Чем ниже я спускалась, тем отчетливее становились звуки. Приглушенный звон серебра о фарфор и тихий, вкрадчивый голос Геры. Ленивый, чуть капризный смешок моей сводной сестры Маи, и гулкий, раскатистый бас отца. Он был дома, и он был живой, еще не сломленный интригами, еще не превратившийся в тень самого себя. Боль тугим узлом завязалась где-то под ребрами. Я спасу тебя, отец, клянусь