Твои валентинки - Анастасия Стер Страница 21

– Наверное, это Бобби-программист вызвал курьера с цветами и снова хочет позвать тебя на свидание, – подмигнула Клэр. – Мне прогнать его? Все равно пойду вниз за кофе.

– Не надо, сама спущусь через пять минут, – заверила я и снова открыла браузер.

Перечитала статью, посмотрела на счастливое лицо Рикардо. Внизу живота затрепетали бабочки, стоило вспомнить наши поцелуи. Магия, о которой я не могла не думать. Но следовало, ведь фраза «ложь во благо» идеально подходит к ситуации Рикардо Мартино. «Сон» помог, и Рикардо перестал жить по чужой указке, а для меня это осуществление давней мечты: сыграть роль. Да, я хорошо справилась и, окрыленная, зарегистрировалась на порталах, где режиссеры искали массовку в свои проекты. Но я так и не пришла ни на один кастинг. Боязнь перемен – один из самых сильных страхов. Перемены несут нестабильность, и наш мозг отчаянно цепляется за знакомые паттерны.

– Таби? – Клэр вернулась из кафетерия. Она поставила ароматный капучино на свой рабочий стол и поиграла бровями: – Гость настойчив.

– Да-да, иду.

Прежде чем спуститься на первый этаж, я предалась воспоминаниям о самой необычной ночи в моей жизни.

Месяц назад

Телефон прыгал по тумбочке и звенел на всю квартиру. Я сонно приоткрыла левый глаз, нашла мобильный и включила громкую связь.

– Алло?

– Таби, как поживает твоя мечта стать актрисой?

– Никак, Диего, – буркнула я, потягиваясь на кровати.

Кто еще мог начать беседу с идиотского вопроса, как не мой университетский друг Диего Мартино. Мы давно не общались, но вместе учились на графическом дизайне – он на последнем курсе, а я только поступила, и если Диего был счастлив работать по профессии и быстро достиг высот, я несколько лет трудилась на должности младшего дизайнера в маленькой фирме. В своей идеальной жизни я снималась в сериалах от «Нетфликс», но в серой реальности мне не хватало смелости прийти на пробы даже в массовку.

– Хочешь сыграть роль?

– У тебя заказал рекламный баннер режиссер «Эйфории»[7]?

– Лучше! – голос Диего искрился от восторга, что бывало, когда его посещали гениальные идеи. Например, однажды он захотел выращивать кофе у себя на подоконнике, а в другой раз едва не завел попугая породы ара. Короче, когда Диего чем-то загорелся, то спасайся, кто может. – Я сам стану режиссером! – заявил он. – И нет, мне не надоел графический дизайн. Есть идея. Слушай…

Я выслушала безумный план моего не менее безумного друга и… согласилась. Ради веселья. Ради любопытства. Ради своей маленькой мечты. Ради кармы, в конце концов. Потому что, по словам Диего, его брат был несчастен.

Пару недель спустя мы стояли у «Волмарта» на юге Лос-Анжелеса. На наше счастье, Рикардо любил бывать в малопопулярном районе города. Я ковыряла носом кроссовки брусчатку, а Диего договаривался с владельцем супермаркета. Идея – сумасшедшая. Я до последнего не верила, что друг воплотит план в реальность, но когда зашла в магазин, то моя новая, фальшивая жизнь обрушилась на мои плечи, едва не сбив с ног.

– Мать твою… Это я?

– Классно получилось? – Диего взял со стойки один из пяти журналов.

В рюкзаке у кассы была такая же стопка прессы, только обложка иная, настоящая, где на первой полосе Рикардо, а на стойке теперь красовалась фальшивка с моей фотографией. Диего прогнал снимок через нейросеть и добавил в фотошопе надписи и ретушь.

– Закрепим алгоритм действий, – обратился Диего к продавцу.

– Да-да, – закивал парень, утомленный дотошностью моего друга. – Кассир выпроваживает обычных покупателей, чтобы в зале осталась только массовка, – продавец указал на людей самых разных возрастов, они прекрасно вжились в роль – рассматривали полки с продуктами, наполняли свои корзины, разговаривали между собой. – Когда придет ваш брат, мы все делаем вид, что не узнали его. Даже если он начнет вести себя как придурок и рассказывать, что он знаменитость.

Диего довольно кивнул.

– Точно. И в дело вступает Таби.

– Технически я вступаю раньше, – на общей любви к занудству мы с Диего и сдружились, – я приведу Рикардо к магазину. Твой друг-программист точно смог поменять ссылки? И в запросах на телефоне Рикардо, вместо информации о нем, будет информация обо мне?

Диего кивнул.

– Обижаешь, Таби. Мы сгенерировали тебе пару концертов.

Я присвистнула и дотронулась до черной пряди у лица – Диего решил, что я должна стать полной противоположностью его брату. Спасибо, что хоть имя оставил, а не заставил представиться «Иккор».

– Этот пранк настолько же гениальный, насколько идиотский, – я нервно рассмеялась. – Ты не можешь контролировать всю улицу!

– А нам и не надо, ты сразу уведешь моего брата в безлюдный парк. Я отгородил площадку строительной лентой, туда и на дюйм никто не подойдет. Также в термосе будет чай со снотворным – то же снотворное я подолью в бутылку колы. А когда Рик заснет, я возьму его телефон и загружу вирус от программиста. Вуаля!

По моим рукам пробежали мурашки, а в горле встал ком. Я вдруг осознала огромную ответственность. Потеребив рукав бомбера, спросила:

– Почему я? Ты мог нанять профессиональную актрису.

Диего стиснул мое плечо.

– Я доверяю тебе, Таби. Ты не побежишь на телешоу или к журналистам, не будешь нас шантажировать, а также абсолютно точно очаруешь моего брата.

– В этом я не уверена, – отшутилась я, не зная, в чем именно из перечисленного я не уверена. Наверное, во всем. Рокки – избалованный поп-музыкант! Очень красивый и обаятельный, к слову. Да-да, я изучила его. И он мог вспомнить меня. Я выпалила: – А если Рикардо откуда-то знает обо мне? Вдруг видел в твоих социальных сетях?

– Я подчистил свой профиль. В любом случае мой брат видел столько людей за последний год, что вряд ли даже задумается.

Звучит убедительно. Я сделала глубокий вдох.

– Ну приступим, – сказала на выдохе. – Да поможет нам бог пранков.

Сегодня

Все получилось. Рикардо поделился своей музыкой с миром и перестал жить по чужим правилам. А я… Мне понравилось быть кем-то другим. Не обманывать, только играть роль. Я притворилась начинающей певицей, но во всем остальном была я, настоящая. Забавная, немного напористая и полностью, бесповоротно, очарованная Риком.

Прежде чем покинуть кабинет, я расправила складки на юбке и затянула потуже хвост. Зачем я прихорашиваюсь? Это не имеет никакого смысла. Рикардо не должен узнать, что все было подстроено.

Створки лифта разъехались, и я приготовилась отправить курьера с цветами восвояси, а с Бобби провести очередную беседу – мне не нужны отношения. Мне никто не нравился… до ночи