Прощай, Мари! Злодейка для принца - Ксения Рябинина Страница 5

Остановившись у подножия, она опустилась на нижнюю ступень и ловко свернула тему.

— Хороший, эмм, — зарделась Мари от неожиданной смены настроения беседы. — Отличный! Большой! Но можно мне домой?

Здесь бродит нечто странное — то ли зомби, то ли монстр, похожий на Франкенштейна. В полу и стенах видны трещины, а каждый гость — почти преступник. Или не почти? Мария чувствует голод, но боится представить, есть ли здесь кухня и питаются ли обитатели замка вообще.

— Это вряд ли.

— В смысле?! Что вообще происходит? — Мария сорвалась на визг и шагнула вперёд, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

Холодный, расчётливый взгляд скользил по её лицу, словно оценивая товар на рынке.

— Меня, кстати, зовут Мор Лестей, — представилась она с ленивой грацией. — И я — хозяйка хрустального гроба, так именуется этот замок, — она довольно обвела зал руками. — Можешь обращаться ко мне Леди Мор. При переносе моя магия сбилась, что бывает крайне редко, и ты оказалась в Молчаливом лесу. А потом тебя принёс сюда мой помощник Грег, — Мари вслушивалась и ждала той части разговора, когда ей скажут, как отправиться обратно в Москву. — Я же упоминала о предназначении… — Мор сделала паузу, позволяя тишине сгуститься. — Так вот, через месяц, ровно в день звёздного перелома, когда сменится год, сюда, в Зеркальный зал, придёт первый принц империи Танзанис, Зен Аструм, и тебе нужно будет помочь ему.

— При чём тут я и какое-то пророчество! — Искренне недоумевала Мари, а после задумчиво добавила — И почему тут зима и Новый год, если в Москве июль?

— Пророчество напрямую касается девушки, что явится из другого мира и у нас вре...

— Но вы же сами меня сюда притащили! — Мари, перебив, шагнула вперёд, почти наступая на подол алого платья, что свисала со ступеней. — Или призвали! Называйте как угодно!

— Именно для этого и призвала!

— А я хочу домой! — топнув по полу, от которого уже глаза рябило, безапелляционно заявила она.

Либо слова её растворились в стенах зала, либо Леди Мор действительно пропускала мимо ушей любые требования:

— Значит так, мне надоело с тобой возиться…

Мария почувствовала себя непрошеным гостем, да ещё и напросившимся.

— Вот и отправьте меня до…

— Мы будем действовать так! — Мор резко подняла указательный палец. — Я обучу тебя всему, что знаю сама, и ты поможешь мне спасти принца. Ведь…

Мари моргнула.

Зачем спасать принца? Только что же шёл разговор о пророчестве, теперь уже о спасении незнакомца, а дальше что? Спасение мира?

— Не хочу учить… — она почувствовала панику, захватывающую грудь. И упрямство.

— Без магии ты не сможешь вернуться домой, и еще без нее наш мир пережуёт и выплюнет спустя, — Мор нахмурилась, будто прикидывая число. — Отторгнет через... Девяносто дней. Да! Девяносто дней.

— Что значит... отторгнет? Какие девяносто дней!?

Значит ли это, что она умрет?

В пустоту?

Если Марию Малинину должны были эти слова напугать, то не очень и вышло. Ей они ничего не говорили, но, кажется, по сочувственному взгляду Мор, это что-то ужасное в мире… Как там его… Энтер? Эквивалентно ли это смерти?

— На чём я прервалась… Точно! Первый принц империи посетит нас, ты должна…

— Бред! — взорвалась в возмущении Мари. — Я никому ничего не должна, и всё это — не моя проблема.

Слова, отскочили эхом от хрустальных стен, будто врезались в преграду и вернулись, усиливая безысходность. Не дав себе ни секунды на раздумья, Мария развернулась так резко, что подол тонкой сорочки взметнулся, и ринулась прочь…

Она мчалась прочь, словно испуганная пташка. Металась в поисках выхода. Коридоры же, как назло, сменяли друг друга, превращаясь в лабиринт. Подгоняли её. Мария натыкалась на углы и царапала ладони о грубые края трещин в хрустале, когда хваталась за стены. Холод пробирал сквозь тонкую ткань сорочки, но она не чувствовала ничего, кроме жгучего кома в горле и застывших в глазах слёз.

Вдруг Мария осознала. Вспомнила.

Это чувство она уже много раз испытывала. Потерянность. Одиночество. Страх.

Она вспомнила случай. Деревня. Вечер. Закатное солнце, как капелька крови на горизонте, и она — маленькая, потерянная — кричащая в пустоту: «Саша! Саша!»

Тогда пятилетняя девочка заблудилась в месте, где знала каждую собаку, любой забор и тропинки. А сумерки извратили эти улочки в лабиринт страха. Девочка бежала, звала, плакала, пока тёплые руки брата не обхватили её. Крепко. Сильно. Надежно. И он шептал для её слёз: «Всё хорошо. Хорошо. Я нашёл тебя. Я тут...»

Но здесь, в этих бесконечных коридорах, не было Александра.

Не было надежды.

Мария врезалась в очередную хрустальную стену.

— Выпустите меня! — схватилась за гладкую поверхность, пытаясь удержаться на ногах, и кричала, стуча кулаками по стене. — Я хочу домой!

Домой.

Домой.

Эхом разлеталось по коридорам.

Ответа ожидаемо не последовало. Замок играл, насмехался, затягивал. Обессилев, Мари опустилась на пол и прижалась спиной к стене. В груди клубилась паника — густая, удушающая, как туман за окнами замка. И тут…

Едва заметная трещина разошлась по стене, словно невидимый мастер резал хрусталь кинжалом. Края образовавшегося прохода загадочно мерцали, и Мария пыталась угадать, что же ей этим хотели сказать.

Рискнуть ли?

А вдруг это дорога в её мир? В безопасную квартиру, где нет проклятых лесов, волков, зомби и капканов на деревьях. Там, где, тепло и нет места страху.

Она рванула в проход молниеносно, будто тот грозился закрыться через пару секунд, и холодный воздух ударил в лицо. Мария шагнула в неизвестность. За спиной раздался хрустальный звон, и проход сомкнулся, она откинула мысли о том, что пути назад нет.

Вокруг царил полумрак, и лишь редкие огоньки, прорезая его, вели за собой.

Дуновение ветерка принесло глубокий смолистый аромат дубовых листьев.

Мария остановилась, её ресницы дрогнули. Сердце бешено колотилось, пока она оглядывалась. Стены в туннеле покрыты странными символами — причудливыми завитушками и угловатыми знаками, напоминающими письмена, которые словно горели в неровном свете огоньков.

Рассматривать подробнее не было времени. Нужно бежать.

Коридор становился шире, и через несколько поворотов Мария ощутила под ногами мягкую, влажную почву. Воздух изменился — стал плотнее, насыщеннее. Вышла она из узкого прохода между двумя массивными каменными столбами, обвитыми плющом. И снова эти гигантские дубы.

— Молчаливый лес, — пробормотала себе под нос она, оглядываясь.

Пока она размышляла, в какую сторону идти, что-то, а вернее, кто-то, мелькнул в чаще. Холодок коснулся спины. Опять волки?

Наверное, если бы замок не показал путь на свободу, Мари бы притворилась бездарной и