Ритуал на удачу: дроу и 40 кошек в придачу. Книга 2 - Лина Калина Страница 7

Сердце колотилось, пока неслась по коридору, прижимая к груди журналы.

Моя брошь осквернена тьмой — сама не сниму руну. Нужно было найти того, кто поможет, и выбор этот был не из лёгких.

Ректор отпадал сразу — через голову прыгать нельзя, да и для такого пустяка его тревожить… К тому же Урлах-Тор скорбит о Галгалеи.

В голове выстроилась чёткая иерархия: сначала куратор, потом, если господин Пибоди сочтёт нужным, заведующий кафедрой, а там уж как карта ляжет.

Нет, этот путь — дорога в никуда, долгая и запутанная, в конце которой маячит вызов отца или, того хуже, ненужное внимание СОРа.

Оставались доктор Эльби, профессор Ворн и Элкатар.

Решено! Поговорю с ними, но осторожно, без лишнего шума.

Я почти бежала по коридору, крепко прижимая к себе злосчастные свадебные журналы.

Может, их потерять?

Бездна!

Выбор свадебного платья превратился в ловушку. Сама не выберу наряд, Фредди возьмёт всё в свои руки. Представляю, какой кошмар закажет! Буду выглядеть как гигантское безе, украшенное всеми рюшами мира, на потеху гостям.

Вздохнув, свернула к лазарету. Шаги ускорились сами собой. Дверь кабинета доктора Эльби была приоткрыта, и я тихонько постучала, скорее для приличия.

Доктор резко поднял голову, словно его застали врасплох. Очки съехали на кончик носа, чернильная ручка оставила на пергаменте неровную кляксу.

— А, госпожа Андертон! Как хорошо, что вы пришли так быстро, — он указал на стол, где стояли два красных флакончика. — Вот. Свежие зелья для господина Ойза. Но прежде присядьте-присядьте, я должен вас осмотреть.

Я подошла к столу и опустилась на стул. В голосе доктора слышалось непривычное беспокойство. Он тщательно проверил мои зрачки и долго считал пульс. Когда Эльби изучал мою ауру, его пальцы, оставляя за собой мерцающие серебряные нити, описали в воздухе замысловатый узор.

Сверкающая пелена окутала, проникая в самые скрытые уголки моего сознания.

— Итак, как вы себя чувствуете, госпожа Андертон? — Доктор отстранился.

— Прекрасно, — кивнула, лихорадочно соображая, как бы ненавязчиво спросить про проклятие.

Сердце колотилось где-то в горле. А вдруг он и так всё понял? И уже видел в моей ауре... эту руну тьмы.

— Доктор Эльби, — начала я, стараясь, чтобы голос не дрожал, — у меня… вопрос чисто теоретического характера.

Его добродушное лицо сегодня выражало беспокойство. Лучики морщинок у глаз резко обозначились, а пальцы, беспокойно пощипывая цепь от карманных часов, не оставляли сомнений в том, что он чем-то взволнован.

— Ну-ка, ну-ка, — доктор выпрямился и скрестил руки на груди.

«Только бы не выдать себя!» — пронеслось в голове.

— Допустим, один студент… проклят, — начала я, и доктор тут же схватился за очки, словно они могли помочь ему лучше расслышать мои слова.

— Проклят? — переспросил он. В его голосе послышался нескрываемый интерес.

— Да, проклят. И вот вы осматриваете пациента… Вы бы заметили это проклятие?

— Вы прокляты?! — резко спросил доктор Эльби, вскинув голову.

— Я? Нет-нет! — поспешно заверила я, мысленно ругая себя за неуклюжесть. — Я — чисто теоретически…

— А-а, теоретически… — доктор расслабился, откинувшись на спинку стула. — Ну, тогда, конечно, да. Это было бы заметно… по ауре, например. Но…

— Но? — я подалась вперёд, боясь пропустить хоть слово.

— Но, — продолжил доктор Эльби, задумчиво потирая переносицу, — многое зависит от природы проклятия. Некоторые из них коварны и скрытны, прячутся глубоко в ауре, маскируются. Иногда они проявляются только при определённых условиях, понимаете?

Он вопросительно посмотрел на меня поверх очков.

Кивнула, стараясь выглядеть внимательной и спокойной. Я вся превратилась в слух.

— Например, проклятие может быть связано с каким-то предметом, — продолжал доктор. — Или местом. Или даже определённым временем суток. Вне этой связи оно может быть совершенно незаметно.

Доктор помолчал, бросая на меня острые взгляды.

— А что, собственно, вас так заинтересовала эта тема, госпожа Андертон?

— Ну… — я постаралась придать своему голосу небрежный тон. — Просто читала одну книгу... там описывалось очень интересное проклятие... И вот подумала…

— Очень интересное проклятие? — он приподнял бровь. — И что же это за проклятие? Расскажите, я весьма заинтересован.

— Ну… там герой… то есть, один тип, — я запуталась в собственных показаниях, — он поменялся телами с кошкой! Представляете? — выпалила первое, что пришло на ум.

Доктор Эльби удивлённо моргнул. Потом на его лице появилась едва заметная улыбка.

— С кошкой? — переспросил он, приподнимая брови. — Оригинально. И как же ему это удалось? Не подскажете?

Я почувствовала, как мои щёки начинают пылать.

— Ну... там была какая-то история с древним амулетом... и ритуалом в полнолуние… и ещё... — я беспомощно замотала руками, — в общем, не помню уж всех подробностей! — выпалила с наигранным отчаянием. — Но вот интересно, а в жизни такое возможно? Ну, про кошку эту...

Доктор пару секунд рассматривал меня с хитрым прищуром. Потом Эльби снова откинулся на спинку стула и задумчиво произнёс:

— Знаете, госпожа Андертон, за свою практику я встречался с такими случаями… ну, скажем так, неординарными... что даже проклятие, превращающее в кошку, не кажется мне чем-то невероятным.

Эльби выдержал паузу, наблюдая за моей реакцией.

Я затаила дыхание. «Неужели он что-то подозревает?» — промелькнуло в голове.

— Но лично я, — продолжил доктор, — специализируюсь на более… ммм... распространенных случаях: случайно проглотили искру феникса, кашель после посещения грибных пещер, несварение от неудачно сваренного зелья... Вот мой профиль, понимаете?

— О, конечно-конечно, — поспешно согласилась, с облегчением понимая, что он, кажется, не раскусил мою неумелую ложь.

— Но раз уж вас так заинтересовала эта тема… — доктор Эльби многозначительно потянулся к стопке толстых фолиантов, лежавших на краю стола. — У меня где-то был любопытный трактат о проклятиях и их классификации… Написан, правда, весьма специфическим языком… Но если вы готовы поработать со словарём…

Я уставилась на громадные тома, страницы которых пестрели какими-то замысловатыми схемами и формулами. Перспектива продираться сквозь этот научный лес не прельщала. Особенно сейчас, когда действовать надо было быстро.

— Эм… — протянула, лихорадочно соображая, как бы отказаться, не выдав себя. — Знаете, доктор Эльби, у меня столько дел. И я вспомнила, что обещала заглянуть в библиотеку. Вернуть одну книгу… А ещё настойки для господина Ойза...

Я поднялась со стула, изображая на лице искреннее разочарование.

— Какая жалость, — с лёгкой улыбкой произнёс доктор, словно не замечая моего поспешного отступления. — Что ж, тогда в другой раз. Когда у вас найдётся время для более… скажем так, нетрадиционных научных изысканий. И не забудьте, пожалуйста, отнести зелье господину Ойзу. Ах да… — он на мгновение задержал на мне взгляд, и улыбка стала чуть хитрее. — Если вдруг надумаете не ходить вокруг