Плененная волком - Отэм Рейн Страница 7

По моим зубам потекла горячая кровь, и он заревел, упав, пытаясь остановить меня.

Двое других напали на меня, но как только они увидели, как сильно пострадал Маркус, они остановились. Они не могли бороться со мной, если бы захотели. Я опустил его вниз и затем направился к ним.

Они сбежали.

Я хотел преследовать их, убить их за то, что они сделали, но под рукой были более неотложные вещи.

Надя выглядела так, словно у нее сердечный приступ.

Возвращаясь к своей человеческой форме, я почувствовал себя гнилым. Маркус может и не умрет, но я нанес ему тот же ущерб, что и какой-то мужчина, когда Надя была ребенком. Я почти ожидал, что она убежит, возненавидит меня, но, когда я подошел к ней, она притянула меня к себе. Надя дрожала, как лист, ее мягкие изгибы прижимали наши обнаженные тела друг к другу, и, если бы не обстоятельства, я бы заявил на нее права прямо здесь.

Я бы, наконец, взял свою пару и сделал бы первых щенков.

Это не то, что ей нужно сейчас.

Мне нужно контролировать себя.

Ради нее.

Обняв Надю, я погладил ее по спине и попытался успокоить. Я убрал ее волосы с лица кончиками пальцев и стер слезы ладонью.

— Давай вернем тебя в город, — пробормотал я.

Маркус тяжело дышал и медленно начал возвращаться в человеческую форму. Мне не нужно было, чтобы она это видела.

— У тебя же есть с собой одежда?

— Да, — тихо сказала она. Ее голос дрожал.

Уводя ее от Маркуса, я пытался успокоиться. Ей нужно, чтобы я был спокоен. Схватив одежду, которую отбросил в сторону, я оделся, когда Надя натянула шорты и спортивный бюстгальтер. Я услышал ее шипение от боли и повернулся, чтобы проверить ее. Кровь на бедре уже пролилась на шорты, и она просто надела их.

Ее походка была немного неустойчивой, поэтому я помог ей идти.

— Извини, — тихо сказала она.

Это разозлило меня еще больше.

— Не за что извиняться. Это моя вина.

— Нет.

Надя покачала головой.

— Однако, спасибо.

Я помог ей сесть на мотоцикл, а затем сел перед ней, показывая, как обхватить меня руками за талию.

— Я помогла тебе с твоей ногой, теперь ты помогаешь мне, думаю, мы квиты. — Она звучала измученной, но у нее все еще были силы для шуток.

Я любил ее.

— Наверное, — вздохнул я с улыбкой.

Мы вместе поехали обратно в город. Мне было так хорошо, так комфортно, от ее рук на мне. Я тоже хотел обнять ее, чтобы Надя знала, что в безопасности, что я держу ее. Но не было времени.

К тому моменту, когда мы вышли из больницы, ее бедро было исцелено ведьмами, но изранено, потому что их магия не была так сильна, и когда я добрался до ее дома, было уже темно.

— Можно мне твой номер телефона? Мы должны поговорить когда-нибудь, — объяснил я.

— Нет, извини, я все еще поражена.

Надя покачала головой и не смотрела мне в глаза. Я хотел взять ее обратно в свои объятия, поцеловать, сказать ей, что мне так жаль, что ей пришлось пройти через все это. Она была моей парой, значила для меня столько же, сколько я для нее, и все же я даже не мог прикоснуться к ней.

Страх отпугнуть ее был подавляющим.

Я провел следующие пару дней, пытаясь найти ее снова.

Я не хотел ждать за дверью ее квартиры, я не хотел, чтобы она не чувствовала себя в безопасности дома. Тем не менее, никто в кафе не знал, что Надя делает, никто не видел ее. Она была в порядке, я знал это. Полиция нашла двух других после того, как я подал заявление. Маркус был мертв, и я не жалел об этом.

Он бы причинил ей больше вреда, если бы я не оказался там вовремя.

Я просто скучал по ней.

Я не мог не думать о ее мягком голосе, ее прекрасном теле.

Она добрая, умная, великолепная, и все же словно призрак, которого я никак не мог поймать.

Всегда вне досягаемости.

Я чувствовал, что умираю от голода по ней.

Ради будущих щенков мы обязаны быть вместе — если она когда-нибудь вернется на улицу.

ГЛАВА 7

Надя

Работать стало сложно.

Знаю, что это глупая жалоба, все, что я делаю, это рисую весь день — для некоторых это работа мечты.

Мои руки тоже перестали работать. Мне все не нравилось. Конечно, мои клиенты приняли бы то, что получалось, этого было достаточно для них, но я ненавидела все, что делала. Это не было достаточно хорошо для меня — а это все, что имело значение.

Прошло пару недель с тех пор, как Андерс вытащил меня из леса.

Утренние пробежки больше не приносили удовольствия, я даже перестала ходить за продуктами. Я опубликовала объявление, и молодая женщина-фейри согласилась приносить мне продукты за хорошую оплату. Я была рада помощи, это дало мне больше времени, чтобы попытаться сосредоточиться на искусстве.

Просматривая компьютерные файлы, я пыталась найти что-нибудь для вдохновения.

Что-то появилось под названием «в кафе», и я щелкнула по нему.

Ой.

Файл был заполнен рисунками Андерса.

Должно быть, я нарисовала их сразу после нашей встречи там, он выглядел таким тихим, таким задумчивым на всех из них. Сунув ручку обратно в руку, я решила исправить это. Он не задумчивый, он нежный, терпеливый. Защитник.

Прежде чем я смогла исправить строгую линию его губ, мой телефон начал гудеть.

Имя и фотография Карлы показались как входящий звонок, и я улыбнулась про себя.

Думаю, прошло много времени с тех пор, как я появлялась в ее пекарне.

— Алло?

— О, слава богу, ты жива, — вздохнула она. — Послушай, я подумала, что должна сообщить тебе, завтра последний день, когда я продаю шоколадную выпечку.

— Что, почему?

— Ты единственная, кто ее покупает, поэтому я перестану их печь, — объяснила она.

— Они шоколадные, все любят шоколад, — возразила я.

— Очевидно, нет.

Я могла представить, как Карла пожимает плечами, когда говорит это.

— Если захочешь, завтра последний день, чтобы заполучить их.

— Хорошо, да, тогда я приду.

— Отлично.

Я услышала искреннюю улыбку в ее голосе.

Почему Карла так отчаянно нуждалась во мне?

Остальная часть ночи прошла мимо, и к утру я могла думать только о шоколадной выпечке. Может быть, если бы я ходила чаще, Карла могла