Ты моя, лисица! - Влада Ясная Страница 10

– А ты долго, – отвечает она, и её голос звучит хрипло, с придыханием. – Я уже думала, ты не придёшь.

– Не дождёшься, – рычит он, но не спешит хватать её и грубо входить, как он делает это обычно, ведь Жанна уже рожала два раза. Сегодня он хочет растянуть удовольствие, посмотреть, как она будет плавиться под его руками и языком, прежде чем он войдёт.

Потап разворачивает её к себе, прижимает спиной к стеллажу, и одной рукой расстёгивает её халат до конца, оголяя грудь – большую, с тёмными сосками, которые уже встали от одного его присутствия. Он наклоняется и берёт один сосок в рот, облизывает круговыми движениями, прикусывает, и Жанна стонет, запрокидывая голову и вцепляясь пальцами в его плечи. Вторая его рука скользит вниз, под кружево трусов.

Потап накрывает её лобок поверх трусов, чувствуя тепло и влажность, проступающие сквозь ткань, и начинает гладить – медленно, надавливая ладонью на всю область сразу, так, что её низ живота прижимается к его руке. Жанна вздрагивает, выгибается, пытается раскрыть бёдра шире, но он не даёт, придерживая второй рукой за талию. Он водит пальцем по кружеву, точно по линии её влажных складок, и чувствует, как ткань становится всё мокрее, как её сок пропитывает тонкое кружево, делая его скользким. Жанна стонет, кусает губу, а он вдавливает палец сильнее, нащупывая клитор через преграду, и надавливает на него круговыми движениями, заставляя её всхлипывать и вцепляться в его плечи.

Она уже не стоит – она висит на нём, обмякшая, готовая кончить от одного только трения кружева о набухшую чувствительную точку, но Потап убирает руку, когда её дыхание начинает сбиваться. Он медленно, демонстративно спокойно, запускает пальцы под резинку трусов, стягивает их вниз, оголяя влажные, блестящие складки, и смотрит на неё сверху вниз с усмешкой. Только после этого он садится на корточки и проводит языком по внутренней стороне её бедра, заставляя её ждать ещё немного.

Потап усаживает ее на стол и раздвигает её ноги шире и смотрит на то, что открылось его взгляду – нежно-розовые складки, набухший клитор, блестящий от сока, и запах, от которого у него темнеет в глазах.

– Смотри на меня, – приказывает он, и она опускает взгляд, встречается с его жёлтыми глазами, горящими из-под полуопущенных век.

Он проводит языком по внутренней стороне её бедра, от колена до паха, медленно, с нажимом, и Жанна вздрагивает, сжимает его голову бёдрами, но он отстраняется, усмехается и повторяет движение. Потом накрывает ртом её клитор – сразу, глубоко, обсасывая и одновременно водя языком, и она кричит, зажимает рот рукой, потому что чувствует, как к оргазму подбирается быстрее, чем когда-либо.

– Не смей кончать раньше меня, – рычит он, но не убирает рот, только добавляет палец, который входит в неё плавно и глубоко, нащупывая ту самую чувствительную точку на передней стенке.

– Пожалуйста, – шепчет она, и в её голосе слышна мольба. – Потап, пожалуйста, дай мне кончить.

– Проси, – рычит он, не отрываясь. – Громче.

– Пожалуйста! – кричит она, когда он всасывает и одновременно надавливает языком в такт пульсации.

Она выгибается с протяжным, почти болезненным стоном, вцепившись пальцами в его волосы, и Потап чувствует, как её сок течёт по его подбородку, капает на пол, и продолжает ласкать языком, пока она не затихает, обессиленная, с мутными глазами и открытым ртом.

– Мокрая, как кошка в течку, – бормочет он, расстегивая брюки, надевая презерватив и проводя головкой по её складкам, собирая сок и размазывая его по своему стволу. – И пахнешь так, что я чуть не кончил ещё в коридоре.

– Тогда давай быстрее, – выдыхает она, и он больше не ждёт – входит одним резким движением, глубоко, на всю длину, и Жанна кричит, давится криком, зажимает рот рукой, чтобы никто не услышал.

Потап закидывает ее ноги себе на поясницу, прижимается грудью, и начинает двигаться – жестко, с оттяжкой, каждый раз заставляя её вздрагивать и сжиматься вокруг него. Он смотрит на их отражение в стекле шкафа – его огромная фигура в хирургической шапочке, её трясущиеся ноги, – и чувствует себя богом, который может взять любую, когда захочет, и никто не посмеет отказать.

Жанна стонет, шепчет что-то неразборчивое, пытается дотянуться рукой до своего клитора, но он перехватывает её запястье, заламывает руку за спину и рычит:

– Не смей. Только я решаю, когда ты кончишь.

Она всхлипывает, но подчиняется. Потап меняет ритм – из глубоких, размашистых толчков переходит на короткие, частые, почти вибрирующие движения, войдя на всю длину, и Жанна уже не стонет, потому что это пытка – быть на грани и не мочь кончить без его разрешения.

– Давай быстрее, – шепчет она ему на ухо, кусая за мочку. – У меня через десять минут лапароскопия. Я… я сейчас… – задыхается она, и Потап отпускает её руку, зажимает ягодицу своей лапищей, и от этого она кончает – резко, громко, с криком, который разносится по всей подсобке.

Он продолжает двигаться, не сбавляя темпа, чувствуя, как её мышцы пульсируют вокруг него, сжимаются и разжимаются, но в какой-то момент ему становится тесно в этой позе, хочется большего простора, чтобы войти глубже, жёстче. Потап выходит из неё, игнорируя всхлип разочарования, и грубо разворачивает Жанну, толкая грудью на стол, заставленный стерильными салфетками и пластиковыми колпачками. Она успевает только охнуть, когда он нагибает её, заставляя уткнуться лицом в столешницу, и раздвигает ноги шире.

– Стой смирно, – рычит он, и она замирает, вцепившись пальцами в край стола.

Потап входит снова, теперь уже сзади, одним резким, глубоким толчком, и Жанна вскрикивает, потому что этот угол позволяет ему проникать ещё дальше, задевая что-то внутри, от чего у неё темнеет в глазах. Он не даёт ей опомниться, начинает двигаться. Потап смачивает палец в её соке, который течёт по внутренней стороне бедра, и пристраивает его у входа, проталкивая вместе с членом. Жанна стонет, сжимается, пытается приспособиться к двойному проникновению, но он не ждёт – второй палец входит следом, растягивая её ещё сильнее, и теперь каждое движение члена сопровождается давлением на переднюю стенку, а кончик большого пальца находит её клитор, твёрдый, набухший, и начинает водить по нему круговыми движениями в такт толчкам.

–