Писательница на полставки - Катя Рут Страница 13

хорошего романа. Не того, все все великолепные, а того, где настоящие, но счастливые. Этот живот, который когда-то вызывал у меня стыд, теперь кажется мне не лишним, а важным, как некая веха на пути, который я прошла. Да, не похудела на пару килограммов, которые меня раздражали, но прошла же. Я не стремлюсь к совершенству — я стремлюсь к жизни, и каждое мгновение ощущается важным. Да, возможно, я не стану той женщиной, о которой мечтают все мужчины, но я точно могу стать женщиной, чо найдет того самого. Это ли не главное?»

Саша пару раз перечитала эти строки. С одной стороны, она чувствовала, что не была слишком откровенной, не выходила за рамки удобного, но, с другой стороны, она все-таки писала про себя — не о философии, а о том, что действительно чувствует, хотя и через образы, привычные для любовных романов.

Она закрыла ноутбук, почти удовлетворенная. Этот текст был более легким, нежели предыдущий, и, возможно, именно этот подход мог сработать. К тому же, даже если это были самые банальные штампы любовных романов, хотя бы она оставалась честной с собой. И, возможно, такие слова заинтересуют фанатов, которые привыкли к подобным формулам.

Глава 7. Ответственные за флирт

Саша вошла в кабинет Даниила с чувством легкой нервозности. Просторное помещение встретило ее мягким светом из высоких окон, знакомыми полками с книгами и наградами и едва уловимым ароматом парфюма — терпкого, сухого, как страницы старой книги. Она знала, что это будет не совсем обычная встреча, и не могла избавиться от предчувствия, что между ними будет что-то большее, чем просто обсуждение текста. Во-первых, Аня написала, что не сможет сегодня присутствовать, поскольку занята на каком-то книжном мероприятии. Во-вторых, Саше наедине с руководителем нужно будет обсуждать ее мысли про собственное тело. Про талию, грудь и все такое…

Даниил сидел за столом, с ногами, закинутыми на угол соседнего стула, как будто абсолютно никуда не торопился. Когда он заметил ее, на его лице промелькнула легкая улыбка, но не такая, как всегда. Более теплая, почти частная, — Саша была в этом почти уверена, хотя и старалась не накручивать себя. Его взгляд задержался на ней на полсекунды дольше, чем требовала вежливость. Девушка почувствовала, как ее ладони слегка вспотели. Она машинально сжала ремешок сумки и выпрямилась, будто тело само захотело стать стройнее и привлекательнее

— Привет, Саша, ты вовремя, — его голос звучал заметно мягче, чем обычно, почти ласково. — Прочитал твой текст. Ты решила уйти от философии и выбрать более легкий путь, но, мне кажется, это как раз то, что нужно. Ты начала говорить о себе, о том, что действительно волнует, а не о том, что «положено». Такое сразу чувствуется, понимаешь?

Саша села напротив него, ощущая, как щеки заливает румянец. Она немного подвинулась на стуле, подгибая одну ногу под себя, чтобы казаться спокойной, но пальцы, лежащие на коленях, предательски сжались. Захотелось даже спрятать руки — уж слишком заметно дрожали — но было некуда. А он продолжил, и в его тоне уже была не просто профессиональная уверенность, но и что-то более личное.

— И это тоже видно по тому, как ты писала, — Даниил чуть приподнял брови, оценивающе поглядывая на нее, как если бы он наблюдал не просто текст, а ее саму. — Ты умеешь быть откровенной, но при этом не переходить границы. Я бы даже сказал, твоя откровенность не оставляет чувства уязвимости — это дает тебе силу. Честно говоря, редко встретишь такую уверенность в тексте.

Саша почувствовала, как напряжение растет, хотя он еще не сказал ничего явно неуместного. Он просто продолжал смотреть на нее с таким интересом, что ее немного сбивало.

— И вообще, — продолжил Даниил, — ты знаешь, я всегда говорил, что на такие вещи, как фигура, никогда нельзя смотреть с точки зрения какой-то «идеальной» модели. А ты как-то ловко показываешь это в тексте. Не пытаешься скрыть, а наоборот — подаешь себя, как что-то живое. И твое тело... — он немного замедлил монолог, словно подбирая точные слова. Его голос стал чуть ниже. — Ты пишешь так, что через строки чувствуется твое тело. Какое оно живое, чувственное. Его невозможно не представить.

Саша должна была возмутиться, но почему-то ей это не казалось грубым. Он говорил об этом почти как о литературном образе, а не о ее теле… Девушка чуть подалась назад, как будто этот комплимент прикоснулся к коже. Она провела рукой по волосам, поправляя их, но скорее — чтобы отвлечься, сделать хоть что-то. Она не знала, как отреагировать по-другому. Услышанное одновременно оказалось лестной и сбивающей с толку речью. Только что произнесенные слова продолжали звучать в ее голове, и она вдруг осознала, что они в принципе больше не обсуждают текст.

— Знаешь, — добавил он, не отводя взгляда, — твои строки, твоя проницательность... Они отражают твою личность на уровне того, что вообще может почувствовать человек о другом человеке. И мне, кстати, нравится, как ты... — он снова замолчал, на мгновение взглянув на нее, — как ты описываешь свою неидеальность. Знаешь, в твоей фигуре есть нечто естественное и привлекательное. Ты ведь сама это понимаешь?

Теперь Саша едва могла сдержать панику. В горле пересохло, и она сглотнула, опустив взгляд на свои руки. Ее плечи напряглись, будто тело заранее ожидало чего-то — какого-то шага от собеседника, который, к счастью или к сожалению, так и не последовал. Она даже не представляла, что встреча по поводу очередного текста приведет к таким обсуждениям. В воздухе витала не только профессиональная оценка, но и что-то более сложное и личное, что нельзя было просто так назвать одним словом. Или можно было… Флирт?

Даниил, заметив ее замешательство, мягко улыбнулся.

— Извини, если я слишком, ну... навязчив. Просто твой текст заставил меня задуматься о том, как мы обычно воспринимаем красоту. Не могу не сказать, что он как-то откликается, особенно, когда ты сама такая... настоящая.

Саша почувствовала, как ее щеки покраснели еще больше, а сердце стало биться быстрее. В его словах действительно был флер флирта, и немалый, но Даниил подавал его настолько деликатно и на грани, что она не могла точно понять, что именно он имел в виду.

— Спасибо, — ее голос прозвучал немного тише, чем она хотела. — Я постаралась, чтобы текст был честным. Не только в плане содержания, но и