Порочный контракт - Анна Олеговна Ковалева Страница 37

А значит, решено. Мне нужно связаться со Стрелецкой. Как можно быстрее и причем так, чтобы об этом не узнал Стас. Только вот как это сделать? Как?

Ведь что-то мне подсказывало, что он не даст устроить нам встречу наедине, а если услышит, как я рассказываю ей свою версию событий, то точно озвереет.

Так что остается молчать и выплывать самой. Так же как выплывала вчера.

Глава 27

Итак, Стрелецкая. Как же с ней связаться? Номер телефона есть в бумагах, я его наизусть запомнила после стольких прочтений.

Только вот какая проблема — мой телефон хранится у Горецкого. А тот, который у меня есть сейчас наверняка нашпигован отслеживающими устройствами. Не зря же меня так быстро нашли после нападения Коляна.

Тогда мне было всё равно, слишком страшно было, и трезво думать я не могла. А сейчас стало ясно, что в телефоне стопроцентно стоит отслеживающий маячок.

А значит, есть и другие приблуды — какие-нибудь прослушивающие жучки, снифферы трафика, хакерские программы и бог весть что еще.

Мои звонки определенно будут прослушиваться, а все действия в сети отслеживаться. Как с телефона, так и с компа. Я почти уверена, что Горецкому докладывают, что я ищу в поисковике, на какие сайты захожу, сколько времени там провожу.

Так что если я попытаюсь пробить информацию о Стрелецкой, об этом её салоне, это тут же станет известно Стасу. А это плохо. По крайней мере, для меня.

Единственный выход — достать новый гаджет. Но и тут засада. Мне нельзя выезжать в город, и уж тем более я не могу попросить у Горецкого новый телефон. И тут засада.

Промучившись всю ночь, решаюсь на отчаянный шаг — попросить телефон у Валентины. Вряд ли Стас настолько параноик, чтобы отслеживать её. Тем более, что знает он женщину чуть ли не с пеленок.

Так что это мой единственный шанс.

Решив не медлить, приступаю к осуществлению своего замысла сразу после завтрака.

— Валя, не сочтите мой вопрос странным, но… Могу я воспользоваться вашим телефоном? Мне очень нужно, правда.

— Юлечка, — всплеснула руками женщина. — Да зачем тебе мой допотопный телефон? Вон у тебя какой навороченный аппарат. Или с ним случилось что? Так всегда можно в ремонт сдать.

О чёрт! Я вздохнула, решая, чтобы такое ей сказать. В итоге решила сказать правду, хотя и понимала, что рискую. Если Валя сдаст меня Стасу — быть беде. А она может ему рассказать, ведь для неё он по-прежнему мальчик с глубокой раной в душе и человек с большим сердцем.

Если я поведаю ей, что он угрожал сдать меня в бордель, она ни за что не поверит. И если бы у меня был другой вариант, то я бы, пожалуй, не рискнула.

Но другого варианта не было. И я решила пойти ва-банк. Как отчаявшийся игрок, готовый поставить на кон собственную жизнь, чтобы иметь шанс отыграться.

— Валя, понимаете, — помялась я и нервно оглянулась. Мне вдруг подумалось, что и в комнатах могут быть жучки. Но эту мысль я сразу же отогнала от себя. Такие подозрения уже самая настоящая паранойя. — Стас ограничивает меня в возможностях общения. И мой телефон тщательно контролируется. А мне сделать нужно кое-что важное. Жизненно важное для меня.

— Юля, девочка, — сокрушенно покачала головой женщина. — А почему бы тебе не…

— Не буду я разговаривать со Стасом, — в отчаянии выкрикнула я. К глазам подступили слезы. — Он не хочет знать правду, не хочет меня понимать!!! А я так боюсь, так боюсь…

Под конец мои слова стали совсем несвязными, истерика снова начала подступать. И странно, я раньше никогда не была плаксой. Просто психика, наверное, уже не вывозит постоянного стресса.

— Ну тише, тише, девонька, — Валя снова принялась меня утешать. Почти по-матерински. — Да что ж вы оба бедовые такие. Что ж делать с вами обоими-то, а? Ну всё, всё. Есть у меня кое-что для тебя.

— Что есть? — чуть успокоившись, с надеждой подняла на женщину глаза.

— Пойдем, покажу. Только успокойся сначала.

— Ладно…

Валентина привела меня в свою комнату, усадила на кровать и принялась копаться в шкафу. И буквально через пять минут выудила оттуда коробку с новым телефоном. Которую и протянула мне.

— Держи, Юль. Это подарок сына на прошлый Новый Год. Телефон полностью настроенный. Там и эта, как бишь её, флеш-карта есть внутри, и номер уже установлен. Пользуйся. Только зарядить сначала нужно, а то я им не пользовалась ни разу. Старая я уже для всех этих наворотов.

— Спасибо, спасибо, спасибо, — в порыве чувств обняла пожилую женщину. — Вы меня просто спасли сейчас.

— Юленька, надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Не натвори глупостей, о которых потом пожалеешь.

— Валь, — я посмотрела на неё прямо. — Я не собираюсь делать глупости. И вреда причинять никому не собираюсь. Единственное мое желание — вернуть себе свою жизнь. Хотя бы попытаться. Поэтому прошу, не говорите Стасу о моей просьбе. А телефон я верну при первой же возможности.

Оказавшись в номере, сразу же достала смартфон из коробки и поставила на зарядку. За полгода он успел разрядиться в ноль. А пока аппарат заряжался, я мерила шагами комнату, собираясь с духом.

Как только телефон зарядился, тут же включила его, подключила к сети и начала рыться в поисковике. Пробила Стрелецкую. Проглядела ее профиль в сети, почитала новостные сводки.

По всему выходило, что с виду она и правда хозяйка модельного агентства. Ее девочки регулярно снимались в столичных журналах, а некоторые и в зарубежных.

Только в паре желтушных статей находилось прямое обвинение в оказании еще и эскорт — услуг. Но, опять же, даже в этих статьях ни о чем большем не упоминалось. Только эскорт, который законом разрешён. Все остальное было тщательно законспирировано.

Еще немного помаявшись, сдалась. Больше мне ничего не выудить. Осталось только одно — попытаться выйти ней на связь.

Звонить Стрелецкой было откровенно страшно. Ведь тут было настоящее болото, скрытое под видом твёрдой почвы. Я абсолютно не знала эту женщину, и не могла предвидеть её реакцию на мой рассказ.

Она ведь вполне может бросить трубку, или начать сыпать угрозами, или вовсе позвонить Стасу. И тогда всё пойдет прахом.

Но второй раз за день я решила рискнуть своей головой. И спустя пару часов терзаний все же решила набрать номер, указанный в бумагах.

— Да? — спустя несколько секунд ожиданий в трубке раздался хрипловатый, прокуренный голос.

— Добрый день.