Порочный контракт - Анна Олеговна Ковалева Страница 38

— Да, это я, — раздалось в ответ недовольное.

— Я Юлиана Артемова, помните такую??? — держалась я из последних сил. Не хотелось походить на скулящую от страха собачонку. Как я успела убедиться, таких давят в мгновение ока.

— Девочка, я не могу запомнить каждую, кто приходит ко мне. Вас таких сотни.

— У меня контракт со Станиславом Горецким, — поспешно выпалила я, боясь, что собеседница потеряет терпение и просто бросит трубку. — Теперь вспомнили?

— А… — кажется, в голосе женщины послышался некий интерес. — Да, теперь вспомнила. Стаса и его требования к женщинам ни с кем не перепутаешь. А что с голосом? В прошлый раз он звучал иначе, потому и не признала сразу.

— Он звучал иначе, потому что к вам приходила не я. И контракт подписывала тоже не я. Моими документами прикрылся другой человек.

— Так, а теперь поподробнее….

Вот он! Вот он мой шанс! Первое зерно сомнения посеяно. Стараясь не сдавать позиции, я постаралась как можно понятнее изложить свою историю. Только вот в ответ получила скептическое.

— Девочка, ты хоть понимаешь, как это звучит?

— Да, — на моей ладони от ногтей остались кровавые борозды. Так сильно я сжимала руку в кулак. — Но это правда.

— А почему ты считаешь, что если Горецкий тебе не верит, то должна поверить я???Знаешь, скольких хитрожопых я повидала за свою жизнь?

— Я ничего не считаю, — уныло выдохнула. — Но вы моя единственная ниточка. Я и правда не вру. Вы же сами только что сказали, что у меня совсем другой голос. И мои слова очень легко проверить. Просто отдайте образец моего почерка, и образец того почерка, что в контракте на экспертизу. И правда выплывет…

На долгую минуту воцарилось молчание. А потом женщина сказала:

— Ты же понимаешь, что враньё в любом случае всплывёт? И тогда тебе несдобровать? Я не люблю когда из меня делают дуру. Пока ты на контракте со Стасом, ты в безопасности. Но потом… Я могу тебе устроить настоящий ад.

Я понимала, что она нарочно меня запугивает. Давит на больные точки, ищет фальшь. И если я сейчас дрогну, то это будет конец.

— Пусть враньё всплывет. Я только этого и хочу, потому что за нос вас обвела вовсе не я.

— Что ж, — короткий кашель. — Ты сделала свой выбор. Смотри не пожалей. Через неделю состоится благотворительный аукцион и прием у Васильевых. Стас тебя должен будет туда привести. Там поговорим.

— А если он меня с собой не возьмёт?

— Возьмёт. Он всех своих девиц таскает на такие приёмы. Уверена, ты не будешь исключением. А если все же оставит дома, то я найду способ как пересечься.

— Но…

— Все, не испытывай мое терпение.

Стрелецкая отключилась, а из меня словно выкачали все силы. Минут десять я сидела в обнимку с подушкой, пытаясь унять начавшийся тремор и убедить себя, что не сделала хуже себе.

А как только успокоилась, начала думать о том, куда прятать улики. Ведь телефон Валентины на виду оставлять нельзя. Стас может зайти сюда в любую минуту, и замки ему не преграда.

В итоге я припомнила трюк, когда-то виденный в фильмах. Аккуратно вспоров чехол на нижней стороне матраса, засунула туда предварительно выключенный телефон. Так, чтобы при смене постельного белья ничего заметно не было бы.

И только после этого смогла спокойно выдохнуть…

Глава 28

— И как это понимать? — голос Стаса раздался за спиной, когда я ставила противень с булочками в духовку.

Как ни странно, я даже не сильно вздрогнула. Ведь ждала его появления еще вчера. Думала, что непременно заявится вечером в мою спальню и потребует спуститься в кабинет. Или возьмет меня прямо на кровати, смотря какое будет настроение.

Специально приготовила пару платьев на этот случай и до часу ночи бродила по спальне, то и дело выглядывая в окно. Всматривалась в поток машин, несущихся мимо, прислушивалась к звукам во дворе.

Но нет, все было тихо. Никто не приехал, ворота не открылись. К половине второго ночи я наконец поняла, что Стас не приедет и отправилась спать.

И мне бы радоваться тому факту, что мне дали отдохнуть, но на душе было неспокойно. Добрых два часа ворочалась, сминая простыни.

Я переживала. В голову невольно лезли мысли о Горецком. О том, как он там, что делает, не было ли нового покушения?

Сама ругала себя за эти переживания, но выключить свои эмоции или перенаправить их вектор была не в силах. Пробовала даже анализировать свои чувства, но быстро поняла, что это бесполезно.

На меня столько всего свалилось в последнее время, что тут даже психолог ногу сломит. Проще даже не задумываться о той каше, что царила в сознании. Просто надо пережить эту черную полосу, неважно как, но пережить. А потом закопать воспоминания об этом периоде свой жизни. Где-нибудь глубоко на дне души.

В общем, ночь прошла неспокойно. И день начался так же. Стаса я начала ждать с самого утра, и чтоб хоть немного отвлечься помогала Валентине с готовкой.

И вот, Горецкий наконец вернулся и сейчас стоял позади меня. Причем, судя по тону, мужчина явно был не в духе.

— Никак, — стараясь сохранить самообладание, я закрыла дверцу духовки и обернулась к нему, — это просто булочки, которые надо испечь. Я немного помогаю Валентине на кухне.

— Зачем??? — Стас хмурится, но вроде бы не сильно злится. Выглядит он уставшим, немного осунувшимся. Под белой рубашкой виднеется повязка. Наверняка его больше раздражает боль в плече, чем то, что я хозяйничаю на его кухне.

— Мне нужно было чем-то себя занять. — пожала плечами. — Смотреть фильмы и читать уже надоело. А готовить я люблю. Что в этом плохого?

— Да ничего, — Стас наконец отлепился от двери и прошел внутрь. Тяжело опустился на стул, потер подбородок. — Готовь, если тебе так хочется. Просто не ожидал. А Валя где, кстати?

— К себе полчаса назад поднялась. Давление внезапно подскочило. Охрану ужином накормить успела, а потом прихватило. Я помогла ей подняться наверх и дала таблетки.

— Ладно, позже загляну к ней. — Стас немного расслабился и даже улыбнулся мне. — А раз ты вызвалась быть помощницей, то давай, накорми меня. Я голоден как волк. Пообедать сегодня времени не было.

— Стол накрыть в гостиной? — сочла нужным уточнить.

— Зачем? — Горецкий вскинул бровь. — Здесь накрой. Не хочу никуда идти.

— Хорошо.

— На себя тоже накрой. И не спорь, — каким-то образом он угадал мои мысли. — Если уже поела, то наложи себе салат. Или чай хотя бы налей.

Собственно,