Писательница на полставки - Катя Рут Страница 6

Когда речь перешла уже ближе к конкретике их работы, Саша начала обращать внимание и на других участников встречи. Один из них, мужчина в темных очках, казался типичным автором детективов — у него было что-то загадочное в взгляде, словно его мысли всегда скрывались за плотной завесой тайны. Его руки двигались не так, как у остальных, а с легкой задержкой, будто он всегда тщательно выбирал, не только, что сказать и как, но и каким жестом сопроводить каждое слово, делая продолжительные паузы между ними. Это был один из тех авторов, кто, вероятно, мог бы написать что-то потрясающее о том, как раскрываются самые запутанные преступления.

Другой, скорее всего, писал фэнтези. Он сидел на краю стула с нотками легкой непринужденности в позе, как человек, который всегда ощущает себя в своем мире, где бы не находился. В глазах читалось что-то отстраненное и немного мечтательное — он явно представлял героев своих будущих произведений, которых скоро ждут самые невероятные приключения.

Когда Даниил Анатольевич закончил свою речь, Аня быстро переключила внимание всех на наиболее прикладную часть встречи:

— Мы вам всем разослали правки к вашим пробным заданиям. Безусловно, ваши тексты были хороши, иначе вы бы тут не сидели, но для публикации они пока не подходят. Нужно повысить их уровень. Ближайшую неделю каждый из вас будет дорабатывать свои первые статьи для медиа. Возможно, тексты будут еще не один раз проходить через правки, но мы очень рассчитываем, что вы внесете их все с любовью и вниманием к своим работам. После этого мы с Даниилом встретимся с каждым из вас по отдельности, обсудим ваши направления работы и выберем новые темы. Курировать всю работу буду я, можете адресовать мне все вопросы, но также к нам подключаться мои коллеги-редакторы, которые будут помогать мне с вычиткой.

Саша почувствовала, как в животе забулькало от волнения и предвкушения. И, пожалуй, стоило признать, что немного и от страха перед ответственностью за свою первую настоящую серьезную работу. Все вдруг стало реальным. Она собиралась не просто работать, а стать частью чего-то большего, чего-то, что требовало от нее не только усилий, но и вдохновения, а также собственного мнения.

— Вопросы? — спросил Даниил Анатольевич, оглядывая всех участников.

Но Саша молчала, предпочитая пережить момент. Быть частью этого проекта — уже было достаточно волнующе. Все остальное она сделает немного позже, по-своему, но наверняка хорошо. У нее ведь уже начало получаться.

***

После того как встреча завершилась, Саша вышла из переговорной комнаты, слегка потрясенная, но в хорошем смысле. Она уже не чувствовала себя слишком уж новичком, была куда менее зажатой и неуверенной. Наоборот, усилилась мысль, что теперь ее место было здесь, и все события, случившиеся за последние дни, казались почти очевидными. В офисе издательства царил обычный рабочий день, и она была частью этого обычного рабочего дня. Объективно, Саше было не так страшно, как в первый визиту сюда, но до конца волнение все равно не отпускало, особенно с учетом того, что только что началась ее новая жизнь как писателя.

Она стала писательницей…

Аня, заметив, что Саша не спешит уходить, улыбнулась и предложила:

— Давай, я покажу тебе рабочие места, которыми тут можно пользоваться.

В офисе вместили множество рабочих столов — они стояли рядами вдоль стен, и каждый был оборудован всем необходимым для комфортной работы: компьютерами, телефонами, яркой канцелярией, радующими глаз растениями в горшках и, конечно, бесчисленными стопками книг. Прямо посередине стоял длинный стол, за которым могли работать те, кто предпочитал проводить дни в офисе, а не у себя дома, но у кого не было отдельного закрепленного места. Приезжать сюда можно было каждый день, но делать это никто не заставлял — выбор оставался за каждым.

— Ты можешь работать за общим столом. Или здесь, чуть подальше, если тебе удобно, — добавила Аня, показывая на еще один большой стол в углу, где Саша могла устроиться. — У нас не строгий график, но надеемся, что это место поможет тебе погрузиться в работу.

Саша благодарно кивнула, чувствуя, как внутреннее напряжение еще немного снижается. В том числе и благодаря новому рабочему пространству, которое выглядело комфортно и заставляло почувствовать себя частью процесса. Сам подход к работе здесь давал свободу, а для Саши это значило, что она может позволить себе несколько спокойных часов работы здесь, в самом центре бурления творческой энергии, а при желании — уехать домой.

По соседству сидел парень, поглощенный собственным ноутбуком, где он что-то быстро печатал. Он казался еще одним типичным представителем своего жанра — человек, максимально увлеченный историей, как будто для него каждый день это не просто рабочий процесс, а путешествие во времени. Легкий свитер с явно заметными неглаженными заломами, небрежно уложенные длинные волосы и кроссовки, на одном из которых незаметно для его владельца развязался шнурок, говорили о его наплевательском отношении к внешности. Видимо, важна ему была только работа.

Его звали Максим, и он занимался историческими приключенческими романами. В его тексте, вероятно, в эту самую минуту оживали давно ушедшие эпохи. Саша не могла не заметить, как его взгляд время от времени замирал, когда он размышлял о какой-то детали, прежде чем зафиксировать ее в файле. Он погружался в свой текст с такой ну такую глубину, что даже при желании окружающие не могли бы его отвлечь. Он сидел тут, в современном офисе, но его разум был не здесь, а путешествовал где-то в других эпохах в поисках исторических личностей и тайнах их жизней.

Саша хотела поинтересоваться, о ком именно он писал, но, заметив его сосредоточенность, сдержала порыв. На этом этапе она поняла, что каждый из них работает со своим текстом по-своему — и для каждого процесс был интимным, требующим полной отдачи.

Поэтому перекинувшись с новоиспеченным коллегой лишь парой фраз, Саша не стала слишком вмешиваться в процессе его творчества, но что-то в его спокойной уверенности привлекло ее внимание. Она прокручивала в голове, его короткие признания в любви к приключенческим романам, которые успела услышать, и думала о том, как исторические фигуры оживают в его словах, как каждая из них, независимо от эпохи, становится для него не просто объектом исследования, но и персонажем, готовым к действиям, как реальный человек.

Она устроилась неподалеку, открыла на