Осколки наших разбитых сердец - Daria Tetslova Страница 7

После того как пациентка была доставлена в операционную, я помогла Анатолию Сергеевичу подготовить её к анестезии. Мы внимательно проверили все параметры: уровень кислорода, сердечный ритм и артериальное давление. Анатолий Сергеевич ввел анестетики, и вскоре женщина погрузилась в глубокий сон.

Как операционная медсестра, я оставалась на связи с Владом, контролируя подготовку к операции. Влад тщательно изучил результаты предварительных исследований и рентгеновские снимки, чтобы определить точное место перелома и выбрать оптимальный метод вмешательства.

С началом операции Влад сделал разрез в области позвоночника, чтобы получить доступ к поврежденным позвонкам. Я передавала ему необходимые инструменты, следя за тем, чтобы все было организовано и под рукой. На каждом этапе операции я контролировала состояние пациентки, отслеживая показатели на мониторе.

В ходе вмешательства Влад провел репозицию позвонков и зафиксировал их с помощью специальной металлической конструкции, что обеспечивало стабильность и правильное сращение. Я продолжала поддерживать стерильность операционного поля и помогала команде в выполнении всех необходимых манипуляций.

После завершения операции мы тщательно закрыли рану, используя швы, и обеспечили пациентку необходимыми перевязками. Я помогла подготовить её для перевода в палату, где она могла бы продолжить восстановление под наблюдением врачей.

После операции мы обсудили все детали с Анатолием Сергеевичем и Владом, чтобы убедиться, что пациентка находится в стабильном состоянии. Я сделала записи в медицинской документации, чтобы зафиксировать проведенные мероприятия и состояние больной. Операция прошла успешно, и теперь оставалось надеяться на скорейшее восстановление пациентки.

— Даже дома в ванной можно травмироваться, жизнь опасная штука, — произнесла я, когда зашла в кабинет к Владу, который уже забрал у меня заполненную документацию.

— Можно выйти из подъезда, и тебе на голову упадет кирпич. Нигде ты не будешь в безопасности, даже в комнате с мягкими стенами можно шею свернуть, — устало проговорил Влад, усаживаясь за свой стол. — Ладно, это всё лирика. Ты сегодня была у Исхакова? — поднял вопросительно бровь мой друг-начальник.

Я подошла и села на стул перед Владом, стараясь уловить его настроение.

— Разве ты не закрепил его за Ксюшей? — переспросила я, пытаясь понять, что произошло.

Влад полез в тумбочку стола, достал бумаги и начал сверяться, к кому из нас с Ксюшей, как медсестер, прикрепили Исхакова.

— Черт! Точно. Лесь, возьми его ты, — попросил Влад, на что я безмолвно приподняла бровь, ожидая объяснений. — Исхаков требует сменить медсестру. Ксюша ему чем-то не угодила.

— Ничего себе, царь какой! — воскликнула я, не сдерживая негодования. — Ксюша, видите ли, ему не угодила, менять он захотел.

Влад устало почесал подбородок и посмотрел на меня умоляюще.

— Олесь, Ксюша тоже на него пожаловалась. Не хочет к нему больше ходить. Так что, хочешь — не хочешь, давай я нашу старушку, которую мы сейчас оперировали, тебе на Исхакова поменяю? — миролюбиво предложил Влад.

Я вздохнула, обдумывая ситуацию.

— Ну а что делать? — наконец сказала я, соглашаясь. — Влад, ты знаешь, как манипулировать. Бабушками! С которыми я не могу наладить контакт. Лучше я с десяток таких Исхаковых возьму на себя, чем бабулек.

Влад кивнул, и в его глазах мелькнула искорка понимания.

Собрав необходимые медицинские расходники для перевязки, а также тонометр для измерения давления, я направилась к вип-палате, где сейчас находился Исхаков.

Открывая дверь, я сразу увидела, как он, несмотря на своё состояние, сам перетаскивает стол поближе к окну. Сильные руки уверенно ставили мебель на место, а я, озадаченная, вбежала внутрь палаты, пытаясь прийти в себя.

— Вы что делаете? Вам нужно лежать, никаких физических нагрузок! — с укором произнесла я, но Исхаков, обернувшись, замер, заинтересованно разглядывая меня с медицинской тележкой.

Вдруг на его лице расползается хищная улыбка, и, не спеша проходя мимо меня, он садится на диван, откидываясь на спинку с легкой усталостью. Его лицо слегка морщится от боли, но это лишь придает ему еще большее обаяние и силу. Исхаков выглядит словно бог — несмотря на бледность кожи и небрежный внешний вид в спортивных штанах и без футболки, его торс, перемотанный после операции на сломанные ребра, сверкает под тусклым светом. Черные как смоль волосы небрежно падают на лоб, а глаза — такие же темные и глубокие — пронизывают взглядом. Густые брови, длинные ресницы и полные губы, изогнутые в дерзкой усмешке, придают ему одновременно загадочность и дерзости.

— Ну наконец-то секси-медсестричку дали — продолжает разглядывать меня из-под своих опущенных шикарных ресниц. — А то совсем тут заскучал и повеселить некому. А та, прошлая медсестра, мне не очень понравилась. Ты посимпатичнее будешь — подмигивает мне и указывает на пол у своих разведённых ног. — Можешь начинать.

Мне стало интересно: можно ли попроситься обратно к Зое Михайловне? Кажется, я уже готова налаживать общение с той очаровательной старушкой.

— Ну чего застыла? Мне долго ждать — вырывает меня из размышлений его голос.

— Вы не в борделе — холодно бросаю ему.— И я не одна из ваших подружек, чтобы так со мной разговаривать. Если вас что-то не устраивает — ищите медсестер, чье лечение вас устроит. А у нас не отнимайте время: кому-то действительно может понадобиться моя помощь, а я трачу её на выслушивание ваших пошлостей.

Исхаков склоняет голову набок, будто пытается удостовериться в чём-то. В конце концов он устало кивает и закрывает глаза. Вытягивает руку — я начинаю измерять давление.

Он тихо вздыхает и расслабляется под моими руками. Меняю ему повязку, назло потуже затягивая.

— Не дуйся, считай проверка была — как-то устало улыбается и вновь подмигивает мне когда я оборачиваюсь на его голос.

Я молча выхожу из палаты. Проверка у него… чего, интересно? Наличие мозгов? Да тут МРТ делать не нужно — сразу видно их полное отсутствие.

Завершив свои обязанности, я передаю смену Наталье. Прощаясь с коллегами, выхожу из отделения и неспешно направляюсь к своей машинке. Время у меня еще есть, и я наслаждаюсь моментом спокойствия. Лада у меня воспитанница частного детского сада, который работает допоздна. Это очень удобно для таких родителей, как я, которые задерживаются на работе.

Я забираю свою маленькую пуговку из садика. Как только она увидела меня, бросила кукол и помчалась навстречу. Я раскрываю руки, и моя доченька, словно птичка, залетает в мои объятия. Мы крепко обнимаемся, и в этот момент весь мир вокруг будто замирает.

— Мамочка, смотри, что я тебе нарисовала! —