Кино для чайников - Алексей Андреевич Гравицкий Страница 36

Мы оба работали в варьете ресторана «Черное море». Как занесло в варьете книжного мальчика, сына учительницы и инженера, – это предмет отдельного рассказа, но так уж вышло. Я был мимом, она – танцовщицей. Мы неплохо зарабатывали. Я бы сказал, что по тем временам даже очень хорошо, поэтому одним из наших любимых развлечений было пить шампанское в том же самом ресторане, где мы работали.

Итак. Вечер. Развлекательная программа закончилась, мы переодеваемся, находим пустой «кабинет» – это такое отдельное помещение в ресторане для ВИП-гостей – и открываем бутылку. В окно светит яркая луна, освещая Ольгины высокие скулы и полные губы, мы потягиваем шампанское, и, разумеется, я читаю стихи. Что поделать? Мне было двадцать лет.

Ольга протягивает мне бокал и предлагает выпить на брудершафт, я тянусь своим бокалом, и в эту секунду распахивается дверь и в «кабинет» влетает спиной вперед молодая женщина. Она бьется хребтом о стену и оседает на пол. Вслед за ней входят двое мужчин и начинают лениво пинать ее. Я инстинктивно привстаю, собираясь вмешаться, в этот момент Ольга хватает меня за руку и силой усаживает обратно, шепча при этом: «Все, первый порыв был – значит, мужик, а сейчас сиди тихо!»

Мужчины, не замечая нас, еще некоторое время угрожающе стоят над женщиной, сообщая ей, опуская мат, что, если она еще раз утаит выручку, ей не жить, и удаляются. Дама, посидев у стенки пару секунд, тоже встает, отряхивается и выходит.

Мы понимаем, что стали свидетелями разборки проститутки с сутенерами. А также осознаем, что, на наше счастье, они нас не заметили, ибо все свои дела такие люди предпочитают проворачивать без свидетелей.

Луна осталась, а настроения, как вы понимаете, уже нет. Мы молча допиваем шампанское и, подождав некоторое время, чтобы сутенеры точно ушли, выходим из «кабинета».

И первым же делом упираемся глазами именно в них, сидящих в большой компании за столиком, который стоит прямо у выхода из нашего убежища.

Время останавливается. Мы узнаем их, а они понимают, что мы вышли из той самой комнаты, – значит, видели все. Они приподнимаются со своих стульев. Я беру Ольгу за руку, прикидывая, как именно я буду продавать свою жизнь, хотя понимаю, что дорого не получится.

И в этот момент оба сутенера бросаются к нам со словами: «Ребята, как же так? Вы были внутри? Вы же артисты! Тонкие натуры! Вам нельзя смотреть на изнанку жизни! Да если бы мы знали, мы бы оттащили эту дуру в какое-нибудь другое место!» Нас ведут за столик, сажают, накладывают нам еды, наливают вина, продолжая охать о том, как же неудобно получилось. Начинают рассказывать, что только благодаря нам эта клоака под названием «Черное море» может считаться культурным местом. Когда соседний со мной бандит начинает рассуждать про основателя искусства пантомимы Марселя Марсо и мою отточенную технику мима, у меня создается ощущение, что я попал в какую-то параллельную реальность.

Просидев с ними больше часа, мы начинаем прощаться, нам говорят, что внизу у входа стоит такси – оно нас отвезет, куда мы скажем. Мы спускаемся и видим стоящую у ресторана двадцать четвертую «Волгу», за рулем которой сидит в кожаной тужурке и кожаной же кепке женщина лет сорока пяти с длинным лошадиным лицом.

Мы отвозим сначала Ольгу, потом меня. Когда подъезжаем к моему дому, я спрашиваю: «Сколько с меня?» Женщина, не оборачиваясь, цедит себе под нос: «Все уплочено». И в этот момент, уж не знаю почему, я решаю проявить свою мужскую гордость. «Знаете что? Я достаточно зарабатываю, чтобы оплатить такси. Назовите цену!»

Женщина оборачивается, наклоняется ко мне и с доброй улыбкой, низким прокуренным голосом говорит: «Мальчик, ты горя хочешь?»

Это было в Одессе.

История сама по себе не законченная – это зарисовка с натуры. Такое сложно придумать, но использовать нюансы, сюжетные повороты, персонажи в своих фильмах – возможно. Что я и делал.

Тут нужно отвлечься и ввести еще одно понятие. Вы «отпечатаетесь» в вашем фильме в любом случае. Фильм, который вы сняли, будет нести в себе характеристики именно вашей личности, как бы вам, например, ни хотелось это скрыть. Собственное отношение к драматургическому материалу не спрячешь. Если вам будет скучно, то и фильм выдастся скучным. Если материал не волнует вас, он не будет волновать и зрителя.

В профессиональные качества режиссера входит пропускать мир через себя и волноваться. Это роднит нашу профессию с профессией актера. Но, в отличие от последнего, мы обязаны структурировать эти эмоции, перекладывать их на драматургический материал. Выбирать способ, которым выгоднее всего их изложить.

Часть третья

Как это работает и как это не работает

Говорит сценарист

Помните байку про чеховскую собачку? Дескать, Антон Павлович везде пихал совершенно ненужную для сюжета собачку, отвлекая таким образом внимание редакторов. Те радостно вымарывали собачку и успокаивались, не обращая внимания на все остальное. В кино похожая байка ходила про Гайдая, который якобы впихнул в финал «Бриллиантовой руки» ядерный взрыв, понимая, что цензуре есть до чего докопаться внутри фильма, потому ее надо крепко встряхнуть, радикально переключив внимание на несуществующую проблему.

Даже если эти истории не имели места в реальности, я готов поклясться, что по сути это не анекдоты, а самая настоящая быль. Во всяком случае, у меня так было.

Работа автора в кино нестабильна и ненадежна. Сегодня у тебя десяток предложений от разных компаний, с которыми ты не в состоянии справиться, а завтра ты выбираешь один проект из десяти, от остальных отказываешься, и в итоге остаешься без работы и без денег, потому что именно выбранный оказывается заморожен или от него отказываются вовсе. В связи с этим автор вынужден ввязываться в несколько проектов одновременно. Глядишь, хоть один да выстрелит. Но если выстрелят все и одновременно, автору останется только повеситься.

В какой-то момент мы с Сережей Юдаковым, еще плотно работая в тандеме, нахватали пачку проектов, и внезапно они все выстрелили. Причем разом. Сережа занервничал, боясь, что мы все не вытянем, и предложил взять третьим номером автора на многострадальный сериал «Лютый». У нас была написана первая серия, заявлены все характеры, расписан посерийный синопсис. По сути, оставалось только сесть и расписать историю. Но приглашенный Сергеем автор с задачей не справился. Мы честно поделились с ним деньгами, попрощались, и Сергей пригласил