Развод в 40 плюс. Рецепт моего счастья - Лена Лорен Страница 14

— Беги. Я найду место и догоню.

Я не колебалась ни секунды. Рванула ремень безопасности, распахнула дверь и выскочила на тротуар, не чувствуя под ногами земли.

В голове стучала одна мысль: только бы всё обошлось. Только бы с Ксюшей всё было в порядке.

Сердце бешено колотилось. Я влетела в приемный покой, задыхаясь от страха и ярости, и… увидела их.

Вова сидел на скамье, сгорбившись, словно побитая собака, и бессмысленно перебирал пальцы.

Его жалкий вид лишь усиливал мое отвращение.

Рядом, как ни в чем не бывало, Саша уткнулась в телефон. Ни тени беспокойства на ее надменном лице я не обнаружила. Ни капли сочувствия.

— Где она?! — сорвалась я на крик, обращаясь к мужу. — Где Ксюша?!

Вова вздрогнул и поднял на меня виноватые, бегающие глаза.

Как же я ненавидела его сейчас! Его слабость, его инфантильность, его постоянное желание казаться хорошим в глазах других, даже если это шло вразрез с интересами его собственной дочери!

Вот к чему привело его желание уколоть меня и показаться дочери своим парнем!

— Ее увезли на рентген. Вроде ничего серьезного, — промямлил он, пытаясь изобразить на лице подобие обеспокоенности. — Просто рука, скорее всего, сломана.

— Просто?! — ярость вскипела во мне, как ядовитый коктейль. — Ты дал ей сесть на квадроцикл! Без шлема! Одной! Ты хоть понимаешь, что натворил?!

— Не начинай, Лида, — огрызнулся он, избегая моего взгляда.

Прячет взгляд, трус!

— Это моя дочь! — голос дрогнул. — Ты не имел права забирать ее без предупреждения и тем более разрешать ей одной садиться за руль… Ты вообще понимаешь, что с Ксюшей могло случиться что-то непоправимое?!

— Я не хотел, — выдавил Вова, глядя куда-то в пол. — Ксюша просила. Сказала, что умеет. Я думал… Ну, я думал, будет просто весело.

“Весело”? Ему, видите ли, хотелось повеселиться! За счет безопасности моей дочери! За счет моего материнского сердца, которое сейчас разрывалось на части от ужаса!

— Ты рехнулся?! — я уже не кричала. Голос сел, стал хриплым и пустым, словно из меня выкачали всю жизнь. — Она могла погибнуть! И всё ради твоего чертового веселья?!

— Ну не погибла же, — лениво протянула Саша, не отрываясь от своего телефона. В ее голосе звучало неприкрытое равнодушие. Она даже не удосужилась поднять на меня глаза.

Эта… язык даже не поворачивался назвать ее девушкой… Она просто бездушная кукла… Воплощение всего самого мерзкого, что есть в этом мире. Она влезла в мою семью, настроила мою дочь против меня, и теперь еще смеет так разговаривать?

— Вы оба… Вы отвратительны, — прошипела я сквозь зубы, стараясь сдержать рвущийся наружу поток проклятий.

Я больше не могла находиться с ними в одном помещении. Воздух вокруг них казался пропитанным гнилью.

В этот момент в коридор вышел врач. С уставшим лицом, в помятом халате, но взгляд был внимательным и участливым.

— Родители Ксюши Лукьяновой здесь? — спросил мужчина, его взгляд скользил по нашим лицам, и в нем я уже видела тень дурных вестей.

— Здесь… Это я… я мама Ксюши! — выкрикнула я, бросаясь к нему, и сердце замерло в ожидании. — Что с ней?

Врач вздохнул, словно собираясь с духом, и отвел меня немного в сторону.

— К сожалению, новости не самые хорошие, — начал он. — У вашей дочери черепно-мозговая травма, сотрясение мозга средней степени. Плюс перелом руки.

Мир вокруг меня поплыл, завертелся в дикой карусели. Я схватилась за стену, чтобы не упасть.

— Как… Боже… Как она сейчас? — прошептала я, чувствуя, как подкашиваются ноги.

— Сейчас она в сознании, но находится под наблюдением. Ей необходим покой и тщательный осмотр. Мы сделали всё необходимое. Но, поймите, последствия черепно-мозговой травмы могут быть непредсказуемыми.

Я молчала, не в силах вымолвить ни слова. В голове гудело, а в груди зияла огромная дыра.

Собравшись с силами, я выдавила из себя вопрос, который бился в висках всё это время:

— Когда я могу увидеть свою дочь?

— Минут через десять. Медсестра подойдет и проводит вас в палату. Ждите здесь.

Я кивнула, чувствуя, как напряжение в моем теле немного отпустило.

— И еще… буду с вами откровенным, — продолжил врач, и я снова напряглась. — Я обязан передать сведения о несчастном случае в органы опеки.

— Органы опеки? — удивилась я.

Вова, уже стоящий рядом, открыл рот.

— Какая еще опека? На каком основании?

— Вы, так понимаю, отец девочки? — обратился к нему врач, и в его голосе звучало еле уловимое осуждение. — Простите, но таковы правила. Ваша дочь несовершеннолетняя, и получила травмы из-за родительской халатности, я обязан сообщить.

— Если так надо, — согласилась я, не думая, что есть смысл спорить.

— Ты совсем уже?! Зачем ты дала согласие на органы опеки? — возмутился Вова, едва врач ушел, его лицо исказила гримаса страха и злости. — У меня же будут проблемы! Ты хоть понимаешь, что подставила меня!

— Это я тебя подставила? А может, раньше головой надо было думать? — зло прошипела ему в лицо, а затем бросила взгляд на его любовницу. — А не тем местом, что у тебя между ног.

— Но я… я…

Я закрыла глаза, стараясь унять дрожь. Это он виноват. Он и эта… Саша.

А всё, что его волнует, так это какие у него проблемы будут с органами опеки.

Вова продолжал молчать, но я видела, как по его щекам ползут красные пятна ярости и стыда.

— Знаешь, Вова, — произнесла я тихо и очень холодно. — Ты не просто безответственный отец. Ты — трус. Ты всю жизнь прячешься от проблем, перекладываешь ответственность на других. И вот результат.

— Поучить меня решила? — сердито рявкнул он. — Ты сама-то идеальная мать?! Да я, в отличие от тебя, хоть старался Ксюшу развлечь! Откуда я знал, что случится ЧП? Я же пытался сделать как лучше! Хотел, чтобы ей было весело!

— Весело?! — протянула я в ответ. — Весело, когда твой ребенок лежит в больнице?!

— Да заткнитесь вы оба! — вмешалась Саша, вскакивая со скамьи. — Надоели уже! Развели тут базар!

Глава 12

Я обернулась.

Саша равнодушно смотрела на нас, в глазах по-прежнему не было ни капли сочувствия. Лишь скука и раздражение оттого, что вся эта ситуация ее достала.

— Зачем я вообще с вами связалась?! — продолжала она, брезгливо оглядывая нас, словно мы были грязью, прилипшей к ее модным кроссовкам. — У меня, между прочим, сегодня вечером фитнес-вечеринка! Мне надо готовиться! А я тут торчу, выслушиваю ваши разборки! Драма у них тут, понимаешь…

Волна обжигающей ярости окатила меня с головы до ног.

— Это травмы моего ребенка ты назвала драмой? —