Развод в 40 плюс. Рецепт моего счастья - Лена Лорен Страница 5

— Рил. Вот ты — другое дело. — Ксюша смотрела на Сашу с обожанием. — Я бы не отказалась от такой мачехи.

— Правда? Да я только за, — расплылась “Фитоняшка” в мечтательной улыбке. — Ты отца своего уговаривай развестись, и я, так и быть, удочерю тебя.

Что, мать вашу, здесь происходит?

Нужно бежать! Бежать отсюда подальше!

И тут дверь зала открылась.

Я услышала его шаги, не повернув головы. Узнала по запаху. Это был тот самый парфюм, который я дарила ему на прошлую годовщину.

Вова.

Он зашел в зал в фирменной форме, с бутылкой воды в руке и уверенной походкой альфа-самца.

— Привет, девчонки, — сказал он и наклонился, чтобы… поцеловать Сашу в губы.

Не случайно, не невинно. По-домашнему. Так привычно, как будто они это делали сотни раз.

У меня на долю секунды заледенели пальцы. А потом стали гореть, как от ожога. Пересохло во рту, язык стал шероховатым, как наждачка. Колени чуть не подкосились. В груди не боль даже, а пустота с вакуумом.

Саша хихикнула и шлепнула его по груди:

— Ты чего, нас же могут увидеть.

— Да ладно тебе, скромница, всё под контролем. — Вова оглянулся по сторонам, а потом смачно схватил девушку за зад. — Тут все свои. Чего нам стесняться?

— Да уж, — протянула Ксюша, совершенно не реагируя на подобные действия своего отца, — ну пап, ты бы хоть постыдился. А то я и так стала очень часто тебя выгораживать перед мамой.

Что? Как это часто? Да что же это такое? Я как будто уснула, и мне снится кошмар!

— Вот поедете к Саше домой, и делайте там, что хотите, — продолжила Ксюша со смехом.

— Извини, больше не будем, — подмигнул этот козел моей дочери-предательнице. — Но со стрингами ты, конечно, здорово выкрутилась. Я тебе айфон за это новый куплю.

— А мне? Мне что купишь? — промурлыкала Саша, обвивая руками шею моего благоверного.

— А тебе… тебя я на Мальдивы через месяц свожу, хочешь?

— А-а-а! Да это же моя мечта! Я там свои купальники новые выгуляю! — заверещала Саша, засасывая Вову на глазах у нашей дочери.

И тут я не выдержала. Отплюнулась и встала. Медленно, с достоинством, как героиня в плохом фильме про хорошую женщину.

— Что, Ксюш, это ты так от матери родной отказываешься? — сказала я громко.

Все трое обернулись.

И это был тот самый момент. Тот, ради которого стоило не убегать.

Ксюша побледнела. Саша ойкнула. А Вова… Он позеленел. Застыл в полнейшем замешательстве.

Я подошла ближе. Сняла капюшон. Смотрела прямо, ровно. На всех них.

Нос вдруг защекотало, как перед слезами. Но я просто глубоко вдохнула. До самой души.

— Ну эт вы, конечно, устроили цирк с конями. Но спасибо, — произнесла я саркастично. — Вы все мне очень помогли. Открыли мне глаза на правду, помогли взглянуть на себя иначе. Браво!

Я обвела их презрительным взглядом, в котором, надеюсь, читалось всё то разочарование, что я чувствовала.

Пауза. Тишина. Их троица, как замороженная картина.

— Только что ж вы, родные мои, побоялись сказать мне всё это в лицо? Неужели вы вообще меня ни во что не ставите?

— Мам… — прошептала Ксюша.

— Нет, Ксюша. Ты сама это сказала. Я просто услышала.

Я посмотрела на них в последний раз. Не со злостью. С горечью. И без слез.

— Вова. У тебя больше нет жены. Ксюша. Надеюсь, ты найдешь кого-то, кто действительно будет тебе достойной мамой. А теперь, извините. Меня ждут мои великие дела — стирка, готовка… и мой “убогий блог”.

Я развернулась и ушла. Не оглядываясь. Потому что знала: если оглянусь — упаду. А я собиралась только подниматься.

Глава 5

Я выскочила из зала с такой скоростью, будто меня подожгли. На самом деле подожгли. Только изнутри.

Дверь тренажерного зала захлопнулась за мной. Звук был такой, словно я окончательно захлопнула и всю свою прежнюю жизнь.

Только сделала шаг в сторону лифта, и тут же… врезалась лбом во что-то твердое и мускулистое.

— Осторожно! — прозвучал мужской голос. Густой. Обволакивающий. Слишком близко.

Я отшатнулась, схватившись за лоб, и подняла глаза на жертву лобового тарана.

Передо мной стоял… ходячий баннер мужской самодостаточности. Мужчина ростом под два метра. Брюнет со щетиной. Широкоплечий. Уверенный в себе. С серьезным взглядом. Одетый в футболку-поло в обтяжку, с татуировками на накачанных руках, с дорогими часами на запястье.

Он принадлежал к той породе мужчин, которых я инстинктивно избегала. Просто потому, что рядом с такими всегда чувствуешь себя… как столовая ложка рядом с хрустальным фужером.

— Вы как, нормально? — спросил он, чуть склонив голову.

Ага, конечно! Только что узнала, что муж изменяет, дочка предала, и вообще жизнь катится в тартарары… А так, конечно, всё прекрасно!

— Да. Просто я сейчас, возможно, немного не в себе, — сказала я и поправила капюшон.

— Хм, заметно, — кивнул ходячий тестостерон, оглядывая меня с нескрываемым, даже изучающим интересом. — Обычно клиенты не выбегают из фитнес-клуба, словно их подгоняет сам дьявол.

— А это не клуб, это филиал ада, — пробурчала я.

Он рассмеялся. Открыто, заразительно и очень естественно. Звук его смеха, обращенный ко мне, а не к экрану телефона, стал глотком свежего воздуха в затхлой атмосфере моего дня.

— А вы… интересная, — произнес он, чуть прищурившись, словно оценивая диковинную находку. — Новенькая?

— А? — моргнула, а затем отмахнулась. — Нет. Старенькая. Разве по мне не видно?

И он снова окинул меня взглядом, медленно, с головы до ног, а затем спрятал руки в карманы безупречно выглаженных брюк.

— Не знаю, не знаю… Старенькой вас точно не назовешь. Да и я вроде всех здесь знаю, а вас вижу впервые. Хотя вас трудно было бы не запомнить.

— Хм. Это как — “трудно не запомнить”? — выстрелила я. — Габариты не те?

Его губы дрогнули в усмешке, тем не менее он спокойно ответил:

— Дело не в габаритах. Просто… вы умеете производить впечатление. В вас что-то есть.

Господи, что он несет? Совсем уже ку-ку?

— Простите, если грубо спрошу... А вы кто вообще? Просто мимо проходили?

— Я Артём, — он протянул мне широкую, сильную ладонь. — Владелец этого, как вы выразились, филиала ада.

Черт. Как неловко вышло…

Артём всё еще держал руку, ожидая моего ответа. Но я не решилась ее пожать. Просто сухо кивнула.

Рука у меня сейчас — это та часть тела, которую хочется засунуть в миксер, а не подавать незнакомцам, пышущим мужской мощью и уверенностью.

— Знаете, вы очень… — продолжил он, но я резко перебила его.

— Не надо! Я и так сегодня