Кольцо половецкого хана - Наталья Николаевна Александрова Страница 13

Не успела Лёля войти, как к ней обратился сидевший у двери тощий тип с обвислыми усами и карими глазами навыкате:

— Девушка, можно вас пригласить на чашечку кофе? Вы такого кофе больше нигде не попробуете!

«Я себе представляю», — подумала Лёля.

— Я вообще-то одного человека ищу, — ответила она сдержанно, но строго.

— Так, может, я и есть тот человек? — настаивал лупоглазый.

— Может быть, если ваша фамилия Чекрыгин.

— Нет, моя фамилия Судаков-Задунайский! — с гордостью сообщил ее собеседник.

— А Чекрыгина вы не видели? — настаивала Лёля.

— Чекрыгина? — переспросил ее собеседник и огляделся. — Мужики, девушка ищет какого-то Чекрыгина!

— Так это же Кочерыжка! — проговорил плотный дядька в куртке защитного цвета.

Лицо у него было красно-коричневое, то есть того самого оттенка, про который говорят, что морда кирпича просит.

— Ах, так вам нужен Кочерыжка! — оживился лупоглазый. — Кто же его не знает!

— Ну да, мне сказали, что он здесь бывает, — Лёля держалась твердо.

— А как же! Конечно, бывает. И сегодня наверняка был… Никто его не видел? — Лупоглазый опять оглядел посетителей.

— Был он здесь, — ответил тот же тип в камуфляже с кирпичной мордой. — Сидел, пиво пил… потом зашел какой-то мужик незнакомый, что-то ему сказал тихонько, и они ушли.

— А когда он вернется? — Лёле обидно было уходить ни с чем, потому что второй раз в это заведение она явно больше не придет.

— А кто же его знает… хотя должен скоро вернуться, потому как они ушли вон за те гаражи, — мужчина показал на ржавые гаражи, видневшиеся из окна. — Там особо долго делать нечего, поговорят и вернутся. А он свою норму не допил, так что куда он денется…

— Да вы его подождите, — снова заговорил лупоглазый. — Я вас пока кофе угощу, расскажу о своей бурной молодости… Вы думаете, я всегда был такой? — Он сделал выразительный жест руками. — Нет, когда-то я был целым подполковником, и вдобавок кандидатом этих… химико-физических наук и капитаном команды по водному поло…

— Ага, и ростом был на голову выше! Или даже на две головы! — подхватила кирпичная физиономия. — Не слушайте его, девушка, он вам такого наговорит…

— Почему это не слушайте? Я правду говорю! Всю правду, и ничего, кроме правды! А ты не встревай в нашу беседу! Кто первый девушку увидел — тот с ней и разговаривает!

Лёле не хотелось присутствовать при назревающем конфликте, она вышла из кофейни и направилась к гаражам.

При ближайшем рассмотрении эти гаражи выглядели еще более ржавыми и запущенными, чем издали. Ну да, последний раз была тут много лет назад.

Тогда, после того, что случилось с ней в пять лет, бабушка долго не выпускала ее одну во двор. Однако время шло, Лёля пошла в первый класс, а бабушка работала и не всегда успевала ее забрать. Так и получилось, что Лёля сама шла из школы в библиотеку, там и проводила время. Но от бабушки был строгий наказ: ни с кем не разговаривать по пути и никуда не сворачивать.

Потом бабушка заболела. Она не жаловалась, но даже Лёля замечала, что бабушка слабеет. Иногда в процессе разговора она вдруг замолкала и смотрела куда-то вдаль, и в глазах ее ничего не отражалось. Лёля поначалу пугалась, потом научилась осторожно трясти бабушку за плечо, и та приходила в себя.

Теперь бабушка не могла как прежде контролировать Лёлю, и она болталась во дворе с компанией соседских ребят. Тогда-то и шастали они по всему микрорайону, заходили и к гаражам, которые в ту пору были действующими.

Как-то зимой снегоуборочная машина сдвинула весь снег, и гаражи едва не все превратились в один огромный сугроб. Пока владельцы бегали с жалобами, дети пристроились скатываться с сугробов, как с горки. За это были обруганы злобным мужиком с костылем, его инвалидный гараж был с краю.

Сейчас возле гаражей не было ни души, если не считать двух котов, которые с душераздирающим мяуканьем решали свои территориальные споры.

Вокруг шла узенькая тропинка, и Лёля пошла по ней, несмотря на растущее внутреннее беспокойство. Как-то ей было некомфортно здесь одной.

Позади гаражей был заросший чахлой травой пустырь, на котором валялись старые шины и какие-то автомобильные детали непонятного назначения. Сейчас трава окончательно пожухла, и помойка была видна во всей красе.

Стоял здесь и целый, изъеденный ржавчиной остов легендарной машины «Запорожец». Уж не того ли инвалида, который когда-то жутко орал на ребят, прыгавших в сугробе…

Надо же, самого хозяина машины уже в помине нету, а «Запорожец» — вот он. На совесть сделан!

И Лёле показалось, что из-за этого остова доносятся какие-то подозрительные звуки.

Она обошла останки автомобиля и увидела распростертого на земле человека. Неужели снова на ее пути очередной покойник?

Однако теперь Лёля не пятилетняя девочка, так что она только вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.

Приглядевшись к телу, она вспомнила этого жалкого типа, который целыми днями ошивался во дворе в поисках какого-нибудь небольшого случайного заработка.

Это и был тот самый Кочерыжка, о котором говорила Тася.

Но Кочерыжка сейчас был очень плох.

Лицо его, несмотря на многодневную щетину, заливала мертвенная бледность, на фоне которой резко выделялась кровь, толчками выплескивающаяся изо рта и стекавшая по подбородку.

Мелькнула мысль бросить все и бежать отсюда как можно дальше, но Лёля тут же ее отбросила как неподходящую. Потому что, когда тело найдут (а, судя по обилию крови, процесс перехода живого человека в покойника идет очень быстро), мужики в «Уютном уголке» вспомнят, что она искала Чекрыгина. И мигом ее сдадут.

Нет, так дело не пойдет.

Лёля наклонилась над раненым и испуганно проговорила:

— Кто ж это тебя так?

Тот не отвечал, его лицо на глазах еще больше бледнело. Лёля шестым чувством поняла, что он приближается к порогу смерти.

Нужно что-то делать…

Вызвать «Скорую»!

Она потянулась было за своим телефоном, но тут увидела на земле, в полуметре от тела, старенький кнопочный телефон — видимо, аппарат самого Кочерыжки, выпавший во время борьбы.

Лёля поняла, что не стоит светить собственный телефон. Она схватила аппарат Кочерыжки, дрожащими пальцами набрала номер.

Ей ответил механический голос:

— Ожидайте ответа! Вам ответит первый освободившийся оператор! Ожидайте…

— Да какое «ожидайте»! — выпалила Лёля. — Он ведь умирает!

Тут же она поняла, что ругается с автоматом, а это уж совсем глупо.

Она переводила взгляд с телефона на мужчину, наблюдая, как жизнь покидает его.

Наконец в трубке раздался человеческий голос:

— Слушаю! Что у вас случилось?

— Тут человек умирает!

— Где это тут? — раздраженно ответил теле- фон.

— Тут… за гаражами,