Александр Золототрубов - Опальный адмирал Страница 133

Тут можно читать бесплатно Александр Золототрубов - Опальный адмирал. Жанр: Проза / Историческая проза, год -. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте Knigogid (Книгогид) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Александр Золототрубов - Опальный адмирал читать онлайн бесплатно

Александр Золототрубов - Опальный адмирал - читать книгу онлайн бесплатно, автор Александр Золототрубов

— Но ведь многие проблемы на флотах до сих пор не решаются, и тут Левченко прав, — возразил Николай Герасимович.

— Разве я этого не знаю? — обиделся Юмашев. — Не раз докладывал Булганину, а что толку? Он советовал мне идти к товарищу Сталину. А попасть к нему, сам знаешь, нелегко…

Главный Военный совет проходил остро. Выступили многие адмиралы. Взявший слово Сталин признал, что мы отстаем от крупных морских держав на семь-восемь лет, и потребовал наверстать упущенное. Адмиралов Юмашева и Головко он подверг резкой критике, что означало их неизбежную смену.

— Иван Степанович Юмашев, — говорил Сталин, — человек чистой совести и чести, большой отваги и храбрости, человек редкой доброты, но не министр. Все дело он перепоручил помощникам, а власть выпустил из рук. Помощниками не руководит, часто болеет. Головко же хватается за все сам, а дело от этого страдает.

Комиссия, составленная по предложению Сталина из тех, кто выступал, а также Маленкова и Берии, избрала кандидата на должность военно-морского министра. Им стал командующий 5-м ВМФ вице-адмирал Кузнецов. Но узнал об этом Николай Герасимович, когда его вызвали в Кремль. В кабинете кроме самого Хозяина находились Маленков, Василевский, Булганин и Микоян.

— Прибыл наш «подсудимый». — Сталин поднялся из-за стола, протянул руку. — Здравствуйте, товарищ Кузнецов!

— Здравия желаю, товарищ Сталин…

— Так-так, значит, «товарищ Сталин», — буркнул Хозяин и взглянул на министра Василевского. — Вот и моряк, видимо, забыл, какое у меня воинское звание.

— Виноват, товарищ Генералиссимус Советского Союза, — поспешил извиниться Кузнецов.

Пока Сталин просматривал какие-то документы, Микоян спросил:

— Как там на Тихом океане, Николай Герасимович?

— Корабли плавают, стреляют, Анастас Иванович. Идет интенсивная боевая учеба. Чрезвычайных происшествий или каких-либо аварий на флоте нет.

— И не должно быть, — буркнул Булганин, поглядывая на вождя.

Тот закурил трубку.

— У вашего преемника плохо идут дела, товарищ Кузнецов, — заговорил Сталин. — Должность военно-морского министра оказалась ему не под силу. Поэтому решено назначить вас. Что скажете?

У Кузнецова екнуло сердце, щемящая радость заполнила душу. Он растерянно смотрел то на Хозяина, то на Маленкова. Потом на одном дыхании выпалил:

— Благодарю за доверие!

— Вот это по-большевистски! — Сталин выдохнул дым. — Завтра с утра принимайте дела. Только не задирайте нос…

— Я беру его на поруки, — подал голос Микоян.

— Ну если так, тогда все будет хорошо. — Сталин прошелся по ковровой дорожке, остановился рядом с Кузнецовым. — Кого бы вы рекомендовали на свое место?

— Пантелеева Юрия Александровича, — сразу ответил Кузнецов. — Сейчас он начальник Военно-морской академии…

— Только не говорите мне общих слов вроде «адмирал мыслящий, работящий» и прочее.

Кузнецов насмешливо скосил глаза.

— Но адмирал Пантелеев действительно мыслящий человек, я имею в виду главное — его оперативную подготовку. Достаточно сослаться на конвойную операцию, которую он провел в Арктике в октябре-ноябре сорок четвертого года. Надо было вывести в Белое море ледоколы «Сибирь» и «Северный ветер».

— Это тот «Северный ветер», который нам построили американцы и который прибыл в Арктику через Дальний Восток?

— Он самый, — подтвердил Николай Герасимович. — На конвой нападали немецкие подводные лодки, но все их атаки были локализованы кораблями охранения. Конвой прибыл в Белое море без потерь.

— Ну что ж, будем назначать товарища Пантелеева. — Сталин распорядился, чтобы Кузнецов вызвал адмирала в Москву. — Как прибудет, заходите ко мне.

Оба адмирала возвращались в наркомат молча. А когда вошли в кабинет, Юмашев бросил на стол черный портфель и грустно произнес:

— Вот и кончилась моя карьера. У тебя, Николай Герасимович, принимал дела, тебе и сдаю.

— Меня ведь тоже снимали с должности, судили, — сказал Кузнецов. — Это происходило на ваших глазах.

Почувствовав упрек, Юмашев вскинул брови.

— Что я мог сделать, если этим делом заправлял вождь? Не мог я тогда тебе помочь, и ты душу мне не трави! Не мог — и все!

Приняв дела, Кузнецов остался довольным.

— Ну вот, кажется, и все, — произнес Юмашев, горестно сжав губы. Но вот он разжал их и, глядя в упор на коллегу, спросил: — Все ясно? Может, что не так, тогда скажи.

— Да нет, все так. — Николай Герасимович закрыл папку.

— Хочешь, дам совет?

— Говори, Иван Степанович!

— Не возражай Сталину. Не любит он, это я испытал на своей шкуре. И держись подальше от Булганина. Интриган, скажу тебе…

— Поживем — увидим, Иван Степанович, — ответил чистосердечно главком. — Для меня флот — моя судьба, ему и служу…

Кузнецов постоял у открытого окна, размышляя. Но тут вошел начальник Главпура ВМС адмирал Захаров. Он сказал, что адмирал Пантелеев будет в наркомате через час-полтора.

Но Николай Герасимович уже думал о другом.

— Семен Егорович, на носу День Военно-морского флота. Надо бы издать праздничный приказ.

— Я набросаю текст.

— Нет, — мягко возразил Кузнецов. — Приказ напишу сам. Вас вот о чем попрошу. Вместе с адмиралом Головко обсудите, кого нужно поощрить за добросовестную службу. А кого поощрить на флотах, пусть решат сами командующие. Не мешает вовремя отметить доблесть людей. Не о себе же нам думать! Как это у Шиллера: «Храбрый муж думает о себе в последнюю очередь». Давайте будем с вами храбрыми мужами.

— Я вас понял, Николай Герасимович. Список людей, кого следует поощрить, принесу утром.

— Добро! — Кузнецов сел за стол и начал писать праздничный приказ.

Дни бежали, как ручейки после дождя. С тех пор как Кузнецов возглавил руководство не одним флотом, он, казалось, не знал устали. Работал по десять-двенадцать часов в сутки!

— Знаешь, Арсений Григорьевич, я словно заново родился, — признался он как-то адмиралу Головко. — Люди идут ко мне, выкладывают все, что у них на душе. Это ли не награда мне?

— Такое чувство не раз испытывал и я, когда на Северном флоте в годы войны встречал подводные лодки с моря, — задумчиво промолвил Головко. — Поздравлял командиров с очередной победой, а у самого трепетало сердце: все ли делаю на флоте, чтобы уберечь людей от больших потерь?

— Кто-то из поэтов говорил, что штыком не лечат человеческий род, — заметил Николай Герасимович. — Человека надо лечить заботой о нем. Кстати, комфлот адмирал Платонов все еще в Москве, на сессии Верховного Совета РСФСР? Не забудь передать ему, чтобы по окончании сессии прибыл ко мне. Скоро на Северный флот поступит новая подводная лодка, и важно тщательно проверить ее в походе, обкатать.

Кузнецову, однако, пришлось увидеться с Платоновым в кабинета вождя. Что же случилось? Во время маневрирования на повороте в Кольский залив корабли накрыл снежный заряд и эсминец ударил форштевнем в корму крейсера «Чапаев». Погибли два моряка.

— На крейсере находился командующий эскадрой контр-адмирал Гурин, куда он смотрел? — возмущался адмирал Головко. — И начальник штаба флота контр-адмирал Сурабеков хорош! На море резко испортилась погода, выполнять поставленную задачу стало невозможно, и Гурин попросил разрешения идти в базу. И что же? Сурабеков от имени комфлота приказал ему идти в Кильдинскую салму и там на якоре подождать улучшения погоды…

С трепетным волнением поднимал Николай Герасимович трубку «кремлевки», чтобы доложить о ЧП. Выслушав его, Сталин сердито сказал:

— Где сейчас адмирал Платонов, на сессии? Вызовите его, вместе с ним и Головко быть у меня…

«Быть грозе!» — только и подумал Кузнецов.

— Как же это у вас такое получилось? — спросил Сталин, едва адмирал Платонов вошел в кабинет.

Комфлот в деталях доложил о ЧП, заявив, что виновен командующий эскадрой Гурин, по проекту же решения Совета Министров, заготовленному Кузнецовым, командир крейсера капитан 1-го ранга Подруцкий.

— А что, командир крейсера такой потерянный человек, что вы отдаете его под суд? — спросил Сталин.

— Подруцкий неплохой командир, товарищ Сталин, — горячо заговорил Платонов. — Свою вину он искупит дальнейшей честной службой. Я просил бы вас не судить его.

Сталин какое-то время молчал. Потом, взглянув на членов Президиума ЦК КПСС, сказал:

— Так, может, нам его не судить?

Все безмолвствовали. И вдруг с места встал вице-адмирал Кузнецов и заявил:

— Я прошу отдать под суд командира крейсера. На флотах низкая дисциплина, высокая аварийность. К тому же на этом примере надо учить командиров кораблей.

Сталин с досадой бросил коробок спичек и хмуро бросил:

Перейти на страницу:
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии / Отзывы
    Ничего не найдено.