О'Санчес - Я люблю время Страница 17
О'Санчес - Я люблю время читать онлайн бесплатно
Маленькие обтрепыши отпустили Свету и проворными лягушками прыгнули издалека на Филю: с трех сторон хищно, по-рысьи, блеснули когти и зубы. Однако, пролетев пару метров, они вроде как ударились головами во что-то очень нехорошее, очень против них сердитое, так что искры посыпались и дым повалил от косматых голов. Все трое грянулись на пол, засучили ногами и заверещали – дружно, хором, но на разные голоса.
– Ай! ОЙ-ОЙ-ОЙ! Больнехонько-о-о…
Филя, по-прежнему не вынимая рук из карманов пиджака, легко, словно заяц на мелкую кочку, вспрыгнул на живот одному из существ и с хаком, на злобном выдохе, будто гвоздь в половицу вгонял, притопнул правым каблуком. Дернулись и опали верхние и нижние конечности давимого, трио превратилось в дуэт, и двое оставшиеся, не прекращая жалобного ора, резво поползли по направлению к малому эскалатору, в маловыразительные рылы их забрался ужас. Филарет Федотович высвободил, наконец, руки и заторопился наперерез, чтобы не дать им уйти. Однако, увлекшись погоней, он подставился незащищенной спиной к цыгану, и тот немедленно воспользовался благоприятным мигом: откуда ни возьмись блеснул в его руке ржавый на вид, но специальным образом зазубренный – видно, что ухоженный – остро заточенный, нож, длиной в локоть и шириной без малого в ладонь: «А-а-ааа!» Да без толку вылетел нож из худодейской руки, звякнул пару раз о каменные плиты клинком с черно-красной наборной рукояткой, и провалился с платформы вниз, к рельсам. Сам же цыган уж в воздухе завис, сапогами воздух взбалтывает, хрипит, не в силах слова вымолвить, а горло его в руке у Филарета. На прямой руке держит он цыгана, и Велимир видит, что Филарету, Филе, его новому партнеру и начальнику, сей злодейский груз почти не в тягость. Однако, поразмыслив, Филарет все-таки чуть согнул руку в локте, наверное, чтобы нести было сподручнее и действительно понес – подошел к краю платформы. Велимир мгновенно сообразил, что будет дальше: дождется поезда, высунет голову цыгана за край платформы – ее как бритвой срежет и даже брызг не будет, потому что их скорость вперед забросит! Или почудились Велимиру такие помыслы, забавными показались? Но цыган, видимо, тоже предвкусил окончательно-недоброе и вновь затрепыхался, силясь что-то сказать своему безжалостному захватчику.
«Самое время выйти на свет рампы и присоединиться к победившей стороне…»
– Светка! Что с тобой, что случилось, тебе плохо??? – Велимир выпрыгнул в окружающее и с озабоченным лицом, глаза вытаращены – заторопился к окаменевшей девушке. Та не реагировала, но на самом-то деле крик предназначался вовсе не ей: дальше так сиднем сидеть, притаившись, было бы недостойным, да и опасным для самолюбия, если вдруг Филарет, проявивший изрядную круть и знакомство с делами тайными, темными, внечеловеческими, обнаружит его присутствие, невмешательство посчитает трусостью… Нехорошо как бы…
Филарет вздрогнул и обернулся на вскрик, тут же взревел показавшийся из туннеля поезд, страшный цыган ударился каблуками об пол, получил точку опоры и змеиным рывком высвободился из захвата. Филарет поздновато спохватился, но среагировать успел: от здоровенного пинка пыром под зад цыган подлетел минимум на метр (причем высоту набирая по пологой дуге) и канул вслед за своим ножом прямо на рельсы, под колеса прибывающему поезду. Все это одновременно, шумно, резко.
«Просим пассажиров отойти от края платформы, по направлению к „Старой деревне“ на этот поезд посадки не будет». И точно: поезд даже и не думал тормозить. Цыган приземлился на ноги – и даже не споткнулся, везучий сукин сын! – истошно завопил и помчался по рельсам вперед. Три-четыре секунды – и только грохот и ветер остались на память от просвистевшей мимо электрички, что так азартно погналась за мрачником-неудачником.
«Интересно, догнала она его, нет?» – подумал Велимир о цыгане и электричке и чуть было не рассмеялся невпопад, а вслух спросил:
– Да что с тобой, Светлана? Может, врача вызвать?
– Что-что! Привет, Вил, сам видишь что… Похоже, какая-то цыганка-карманница ее зомбанула, да еще и сумочку ей подоблегчила. Але, Света, эй?… Ты как?…
– Ой, мальчики… господа… Ой, ребята, что-то со мной такое было… все как в тумане.
– Не видела, куда они побежали?
– Н-нет… не пойму… Кто?…
– А ты, Вил? – продолжал недоуменно гудеть Филарет Федотович, словно бы не он растрепал и рассеял всю шайку – ты видел их?…
– Да… вроде вниз по эскалатору какая-то чернявая рысила. Я, знаешь, от неожиданности тоже как-то растерялся. Погоди, я вниз, может, я ее увижу и успею схватить…
– Стоп! Стой, Вилли… Вил, пардон. Остановись. Иди сюда, поближе, только не кричи… Нам сейчас лишний шум ни к чему, да и как их теперь поймаешь – уж две электрички внизу точно прошли, ищи свищи их теперь по всему метро. Понимаешь? – Велимир тотчас согласился с высказанными резонами и огляделся по сторонам. На месте раздавленного Филаретом цыганьего подручного, либо подручной, не разобрать – колыхалось мутное дымное месиво, вроде маленького густого облачка. Ни крови, ни одежды, ни пятна на полу, только белесая, с протемью, субстанция, которая уже вот-вот… И почти растаяла… Но Велимир решил, что ничего этого он не видел, равно как и все остальные пассажиры на перроне.
– Да, конечно. Я понимаю, только время зря потратим. Надо ее срочно наверх, на свежий воздух вывести, там она в два счета в себя придет, там все и расспросим… И решим, что дальше делать.
– Именно. Вот так оно и бывает. Хорошо бы дать ей нашатыря понюхать.
Подбежала дежурная по станции, с подозрением оглядывая обоих мужчин, обступивших девушку, которая… вся сама не своя…
– Девушка, что с вами? Скорую, может, вызвать?… Или милицию?… – Велимир чуть сжал локоток, но Светлана сама ответила:
– Нет, нет, уже все в порядке, спасибо. Это мои коллеги, мы должны были здесь встретиться. – Она шмыгнула носом, улыбнулась и часто-часто закивала.
Дежурная по станции еще раз царапнула взглядом Вила, потом – уже с большей симпатией – внушительного и хорошо одетого Филарета…
– Если что – обращайтесь к дежурным, здесь и наверху.
– Да, спасибо вам. А ей душно, видимо, стало. Просто душно. – Фил свободной рукой распахнул пиджак, достал расческу из внутреннего кармана и поправил челку. – Сейчас мы на свежем воздухе посидим, кофейку глотнем, все и пройдет, как рукой снимет. Пойдем, ребята.
– Пойдем. Света, держи меня под крендель.
В кафешке «Остров Буян», совсем рядом с метро, нашелся свободный столик в совершенно автономном закутке, и они действительно заказали три эспрессо.
– Пипл!… Что-то я не пойму: мы же наверху договорились встретиться? А как мы все у платформы оказались? – Велимир высыпал в чашечку сахар, обиженно вздохнул и Фил, ни слова не говоря, пододвинул ему свой пакетик.
– Дзенькую бардзо, мистер воевода.
– Ой, а я сама не помню. Сейчас, думаю, достану помаду, потому что у меня еще четыре минуты было в запасе. А они, наверное, сразу увидели, что сумочка открыта… Вот дура я, дура. Мне Татка всегда говорит, что… Она еще в мае предлагала специальную сумочку на замках и отворотный оберег, им на работу из Сибири такие привезли, шаманские, только что заряженные… Да, я тоже сладкий пью, Вилечка, ты уж извини…
– Чем заряженные, Света?
– Энергетикой.
– Ах, энергетикой! Вил, коллега, не могли бы вы размешивать сахар чуточку потише: народ уже с самой кухни сбегается смотреть.
– Учел и вынул… Какие еще такие обереги??? От карманников – какие могут быть обереги, Света? Кроме как легкий ненавязчивый самосуд с обязательным летальным исходом? И правильно, что не польстилась на них: вместо одного раза – дважды тебя бы нагрели. Обереги… Шаманские… Мама дорогая, двадцать первый век на дворе, а все так и осталось, как при Манко Смелом! Мрак, невежество, суеверия! Фил, а ты чего спустился вниз? Мы же действительно наверху договаривались?
– А ты?
– А что я? Я ехал от «Старой деревни», вышел, как это и положено маршрутом, внизу, поднялся по эскалатору. Смотрю – ничего разобрать не могу, даже в глазах зарябило, вроде ты машешь кого-то, Светка стоит, рот разинув…
– Сам ты рот разинул. Я тебе, во-первых, не Светка, а Светлана Сергеевна…
– О, о, ожила!
– Ну-ну, не время ругаться, Светлана Сергеевна, ты не боцман, мы не флотские. Я же не против, чтобы ты меня, старшего по чину и возрасту, звала Филею, а моего первого зама – Вилом, или Вилли. Тебя можно называть Вилли?
– И Тилли, и Вилли – все можно, ты ведь уже называл. Но лучше Вил.
– Хорошо. Но только я – ему – никакая не Светка, вот и все. Все деньги стащили… Тысячу сто! Вот беда-то. Ну за что мне все это? Так хорошо лето начиналось. За что? Ладно хоть еще ключи и документы остались. – Света копалась и копалась в сумочке, не в силах освободиться от бессмысленных, но привычных движений.
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.