Бригадир - Пайпер Стоун

Посвящается всем, кто сражается за сохранение нашей драгоценной дикой природы,

особенно:

Службе охраны рыбных ресурсов и диких животных США,

Всемирному фонду дикой природы,

Фонду «Животные Азии» (Animals Asia Foundation).

Благодарности

Я ХОЧУ ВЫРАЗИТЬ БЛАГОДАРНОСТЬ КАПИТАНУ ДЖОНУ ГАЛЛАХЕРУ (в отставке); детективу Джону Аппелю из департамента шерифа округа Гилфорд, Северная Каролина (в отставке); детективу Крису Дозье из полицейского управления Шарлотт-Мекленбург; и особенно Айре Дж. Римсону, профессиональному инженеру, за помощь со сценарием, включающим «Сессну» и наркотики.

Многие из тех, кто работает над защитой исчезающих видов дикой природы, щедро делились своим временем и опытом. Особая благодарность Бонни С. Йейтс, судебно-медицинскому специалисту, руководителю группы морфологии млекопитающих, и Кену Годдарду, директору Национальной судебно-медицинской лаборатории Службы охраны рыбных ресурсов и диких животных имени Кларка Р. Бэвина; Лори Браун, помощнику следователя, и Тому Беннетту, специальному агенту Службы охраны рыбных ресурсов и диких животных США; а также агенту Говарду Фелпсу, Кэролин Симмонс и сотрудникам Национального заповедника дикой природы «Покосин-Лейкс». Вы находитесь на передовой, сражаясь за спасение того, что мы не можем позволить себе потерять. Ваш труд бесценен.

Дэвид М. Берд, доктор философии из Университета Макгилла, предоставил информацию об угрожаемых видах птиц. Рэнди Пирс, доктор стоматологии, и Джеймс У. Уильямс, доктор права, поделились своими знаниями о меландженах Теннесси. Эрик Бьюэл, доктор философии, директор Судебной лаборатории Вермонта, проконсультировал меня по амелогенину. Майкл Баден, доктор медицины, и Клод Потель, доктор медицины, просветили меня в деталях касательно диатомовых водорослей и смерти от утопления.

Капитан Барри Фейл из департамента шерифа округа Ланкастер и Майкл Моррис, коронер округа Ланкастер, терпеливо относились к моим вопросам. Майкл Салливан, доктор медицины, принял меня в учреждении судебно-медицинской экспертизы округа Мекленбург. Терри Питтс, доктор служения, предложил идеи насчет подвалов похоронных бюро. Джуди Х. Морган помогла мне не ошибиться в деталях недвижимости и географии Шарлотт.

Я ценю неизменную поддержку канцлера Джеймса Вудворда из Университета Северной Каролины в Шарлотт. Merci Андре Лозону, доктору медицины, шефу службы, и всем моим коллегам из Лаборатории судебных наук и судебной медицины.

Тысяча благодарностей Джиму Джуно за ответы на миллион вопросов.

Спасибо Полу Райхсу за комментарии к рукописи, а также всей разношерстной пляжной компании за варианты названия и прочие мелочи.

Мой невероятно терпеливый и блестящий редактор Сюзанна Кирк взяла черновой материал и заставила его звучать.

Особая благодарность моему сверхзвуковому агенту Дженнифер Рудольф Уолш. Ты доставила Уайатта З. в тот же день, когда я сдала «Смертельные тайны» (Bare Bones). Это был очень хороший год.

1

ПОКА Я УПАКОВЫВАЛА ТО, ЧТО ОСТАЛОСЬ ОТ МЕРТВОГО МЛАДЕНЦА, человек, которого мне предстояло убить, жег резину на раскаленном асфальте, мчась на север к Шарлотт.

Тогда я этого не знала. Я никогда не слышала имени этого человека, ничего не знала о той жуткой игре, в которой он был участником.

В тот момент я была сосредоточена на том, что скажу Гидеону Бэнксу. Как мне сообщить новость о том, что его внук мертв, а младшая дочь в бегах?

Мои мозговые клетки препирались всё утро. «Ты судебный антрополог, — твердили сторонники логики. — Посещение семьи не входит в твои обязанности. Судмедэксперт доложит о твоих выводах. Детектив из убойного сообщит новости. Один телефонный звонок».

«Всё верно, — возражал голос совести. — Но этот случай другой. Ты знаешь Гидеона Бэнкса».

Я почувствовала глубокую печаль, укладывая крошечный сверток с костями в контейнер, защелкнула крышку и написала номер дела на пластике. Так мало материала для исследования. Такая короткая жизнь.

Пока я запирала контейнер в шкаф для вещдоков, клетки памяти подкинули образ Гидеона Бэнкса. Морщинистое коричневое лицо, пушистые седые волосы, голос, напоминающий звук отдираемого скотча.

Увеличить изображение.

Маленький человек во фланелевой рубашке в клетку, описывающий дугу веревочной шваброй по кафельному полу.

Клетки памяти предлагали одну и ту же картинку всё утро. Хотя я пыталась вызвать другие образы, этот продолжал всплывать снова и снова.

Гидеон Бэнкс и я проработали вместе в Университете Северной Каролины в Шарлотт почти два десятилетия, вплоть до его выхода на пенсию три года назад. Я периодически благодарила его за чистоту в моем кабинете и лаборатории, дарила открытки на день рождения и небольшие подарки каждое Рождество. Я знала, что он добросовестный, вежливый, глубоко верующий человек, преданный своим детям.

И он содержал коридоры в безупречной чистоте.

Вот и всё. За пределами работы наши жизни не пересекались.

До тех пор, пока Тамела Бэнкс не сунула своего новорожденного в дровяную печь и не исчезла.

Пройдя в свой кабинет, я загрузила ноутбук и разложила заметки на столе. Едва я начала отчет, как дверной проем заполнила фигура.

— Визит на дом — это действительно сверх служебного долга.

Я нажала «сохранить» и подняла глаза.

Судмедэксперт округа Мекленбург был одет в зеленый хирургический костюм. Пятно на его правом плече имитировало очертания штата Массачусетс в тускло-красном цвете.

— Я не возражаю. — Точно так же, как я не возражала бы против гнойных чирьев на заднице. — Я буду рада поговорить с ним.

Тим Лараби мог бы быть красавцем, если бы не его одержимость бегом. Ежедневная подготовка к марафону иссушила его тело, проредила волосы и превратила лицо в дубленую кожу. Вечный загар, казалось, скапливался во впадинах щек и сгущался вокруг слишком глубоко посаженных глаз. Глаз, которые сейчас были сощурены от беспокойства.

— После Бога и баптистской церкви семья была краеугольным камнем жизни Гидеона Бэнкса, — сказала я. — Это его потрясет.

— Возможно, всё не так плохо, как кажется.

Я одарила Лараби Взглядом. У нас уже был этот разговор час назад.

— Ладно. — Он поднял жилистую руку. — Кажется, всё плохо. Я уверен, мистер Бэнкс оценит личное участие. Кто тебя везет?

— Скинни Слайделл.

— Твой счастливый день.

— Я хотела поехать одна, но Слайделл отказался принимать «нет» в качестве ответа.

— Неужели Скинни? — Притворное удивление.

— Думаю, Скинни надеется на какую-то награду за жизненные достижения.

— Я думаю, Скинни надеется переспать с кем-нибудь.

Я швырнула в него ручкой. Он отбил её на лету.

— Осторожнее.

Лараби удалился. Я услышала, как щелкнула, открываясь, дверь секционной, а затем закрылась.

Я посмотрела на часы. Три сорок две. Слайделл будет здесь через двадцать минут. Мозговые клетки коллективно поморщились. Насчет Скинни в мозгу царило полное согласие.

Я выключила компьютер и откинулась на спинку стула.

Что я скажу Гидеону Бэнксу?

«Не повезло, мистер Бэнкс. Похоже, ваша младшая родила, завернула