Республика Корея: в поисках сказки. Корейцы в русских зеркалах. Опыт исследования - Александр Мотельевич Мелихов Страница 64

конечно, в этом немалую роль. Главная же причина заключалась в той ситуации, что сложилась в корейской школе четверть века назад. В конце 1960-х годов полное среднее образование было еще редкостью и давало обладателю аттестата зрелости немалые и желанные возможности. Однако уровень школ, их программы и, главное, престиж весьма отличались друг от друга, поэтому младшеклассники с раннего детства втягивались в изнурительную подготовку к конкурсным экзаменам в полную среднюю школу, стремясь попасть в наиболее престижное заведение, окончание которого не только повышало шансы на поступление в вуз, но и облегчало трудоустройство. Ситуация в целом очень напоминала ту, что сложилась сейчас вокруг университетов, с той только разницей, что тогда дети включались в экзаменационный марафон в еще более раннем возрасте.

Характернейшей чертой современного корейского сознания, которая оказывает влияние практически на все области жизни страны, является культ высшего образования, в первую очередь полученного в одном из престижных университетов. В последние десятилетия в Корее обладание университетским дипломом стало, по крайней мере для представителей младшего поколения, необходимым и достаточным условием для вхождения в ряды средних слоев. Иначе говоря, с одной стороны, человек, лишенный диплома, едва ли сумеет достичь того уровня жизни и доходов, который считается стандартным для среднего слоя, а с другой – наличие диплома почти автоматически гарантирует ему этот уровень.

В корейском обществе, для которого характерно наличие жестких иерархических структур, практически не существует иного пути к социальному продвижению и материальному успеху, кроме как через получение высшего образования. Наверх можно подняться только по одной из жестко формализованных иерархических лестниц, ступить на которые может лишь обладатель университетского диплома. Человек, лишенный этой «путевки в жизнь», как правило, обречен на выполнение низко– и среднеквалифицированного физического труда. Хотя большинство корейских женщин не работает, но диплом необходим и для них: только невесты с дипломом могут рассчитывать на удачную партию (в 1990 г. 26,7% опрошенных назвали это главной причиной, по которой они хотят дать образование своим дочерям). Впрочем, речь идет не только о моральных стимулах: оплата труда тоже зависит от формального уровня образования. В последние годы разрыв между средней заработной платой лиц с разным уровнем образования несколько сократился, но все равно остается довольно заметным (см. табл.).

Связь средней заработной платы с уровнем образования (в %)

В современной Корее поступление в вуз, желательно – в престижный, часто рассматривается еще и как моральный долг человека по отношению к своим родителям и своей семье, которая обычно идет на весьма ощутимые жертвы для того, чтобы обеспечить условия для подготовки к экзаменам. Высокопоставленный администратор одного из ведущих корейских университетов замечает по этому поводу: «На смену старому представлению о сыновней почтительности… пришло новое, в соответствии с которым хорошо учиться и, в первую очередь, поступить в престижный университет – это и есть важное проявление сыновней почтительности». О том, какое значение для корейцев имеет высшее образование, и на какие жертвы готовы пойти во имя его получения и сами молодые люди, и их родственники, говорит такой факт: в ходе проведенного в 1992 году обследования корейских проституток 13,8% из них заявили, что занимаются своим ремеслом в первую очередь для того, чтобы заработать деньги на образование сестер или братьев.

Хочется привести забавную и очень меткую зарисовку американского журналиста корейского происхождения, который в одном из своих очерков о жизни корейской столицы так описывает сцену в метро: «На следующей станции вагон заполняют школьницы в форме. Вот одна из них. Она рада, что хорошо написала контрольную по математике. А вот ее соседка плачет, потому что она написала плохо, и мама будет очень сердиться. Она думает, что из-за сегодняшней контрольной ее средний балл будет настолько низок, что у нее теперь уже больше нет шансов поступить в Сеульский государственный университет. А это значит, что она уже никогда не сможет получить хорошую работу и сделать кучу денег или, на худой конец, выйти замуж за выпускника Сеульского государственного университета, который будет делать для нее кучу денег. Как же это все на самом деле грустно! Ей ведь всего 13 лет». Конечно, сценка описана с юмором, но по сути все здесь очень верно: и жесткий марафон подготовки к вступительным экзаменам, и культ высшего образования, которое одно дает надежды на серьезную карьеру и материальное преуспевание, и особый статус Сеульского государственного университета, поступление в который для молодых корейцев является такой же мечтой, какой для их прапрадедов был успех на экзаменах на чиновничью должность, и даже привычка при выборе жениха или невесты обращать особое внимание на тот университет, который они окончили.

Главная задача, которую ставит перед собой корейская школьная система – это подготовить учащегося к поступлению в вуз и при этом дать всем поступающим примерно равные шансы. Возможность успеха на экзаменах должна в минимальной степени зависеть от материальных возможностей семьи или даже места проживания будущего абитуриента, основным (а в идеале единственным) критерием должны быть его личные знания и способности. Этим объясняются и периодические приступы борьбы как с индивидуальным репетиторством, так и с курсами по подготовке в вузы, и вообще достаточно подозрительное отношение ко всякого рода элитарности в среднем образовании. С особой последовательностью принцип равного доступа к образованию проводили в жизнь военные правительства 1961–1987 годов, которые с самого начала рассматривали излишнее неравенство как потенциальную угрозу политической стабильности.

Исключительная престижность высшего образования привела к тому, что доля студентов в Корее очень высока, существенно выше, чем в любой стране со сходным уровнем общественного и экономического развития. Еще в 1986 году по числу студентов на 100 000 человек населения Корея, которую в те времена, при всех уже достигнутых немалых успехах, отнюдь нельзя было назвать богатой страной, уже существенно превосходила многие развитые государства. Тогда этот показатель в Южной Корее составил 2696 студентов (на 100 000 человек населения), в то время как в Японии он равнялся 2030, в СССР – 1970, в Канаде – 1890 и в Аргентине – 472. Существенно опережали Корею тогда только США (5 355 студентов на 100 000 жителей). В конце 1980-х годов 20,5% корейцев в возрасте от 20 до 30 лет или имели высшее образование или получали его (для сравнения: среди их отцов, то есть тех, кому сейчас от 40 до 50, удельный вес выпускников вузов составляет 12,6%). Доля эта продолжает быстро расти, и в настоящее время почти всем выпускникам средней школы удается хотя бы раз попытать счастья на вступительных экзаменах, причем около трети их в итоге поступает.

Конечно, совсем уж