Рассказы 13. Дорога в никуда - Ирина Родионова Страница 10

ждала, блуждая, словно тень, по опустевшему дому. Статная женщина в легком зеленом платье, подчеркивающем фигуру, с золотыми кудрями, собранными в пучок на затылке, с некогда милым округлым личиком, которое теперь состарилось не по возрасту и носило на себе отпечаток великой печали. Она слушала музыку, читала книги, занималась садом, вышивала – словом, пыталась делать все то, чем занималась обычно в ожидании мужа, но ни в чем не находила спасения от мрачных мыслей даже на мгновение. Большие напольные часы в гостиной громко отсчитывали время. Секунда за секундой, час за часом утекали в никуда, солнце ползло по небосводу с востока на запад, а Рози все ждала.

И вот наконец на пороге ее дома появился высокий, широкоплечий мужчина, на вид лет тридцати с лишним, в синей с золотым узором форме сил воздушной обороны Ироры. Некоторое время помявшись на пороге, словно не решаясь перейти к действию, он нажал на кнопку звонка.

Прихрамывая на левую ногу, которую уродовал огромный шрам, скрытый от чужих глаз длинным платьем, Рози быстро, насколько могла, подошла к двери, стараясь не давать волю чувствам, столь участившим биение сердца. Но, только лишь распахнув ее и увидев гостя на своем крыльце, женщина сразу поняла, что пришел конец ее ожиданию и всем надеждам, тут же разбившимся о стену действительности, как всегда равнодушной к влюбленным и страждущим.

– Ларс… – Ее бледные губы тронула легкая, учтивая, но совсем не веселая улыбка.

– Р-рози… – Ларсон Ливрет, видавший виды вояка, так и не сумел скрыть дрожь в голосе.

– Нашли? – спросила она холодно.

Он лишь коротко кивнул и протянул женщине фотографию.

– Этот снимок сделали наши разведчики. Это… его самол-лет. Кхм… – Ларсону никак не удавалось сдержать эмоции, которые, казалось, вот-вот выплеснутся из него с той же разрушительной силой, с какой лава извергается из вулкана.

Рози взяла снимок, отметив при этом, что ее руки дрожат куда меньше, чем у Ларса, и внимательно изучила изображение. На мутной черно-белой фотографии, сделанной с высоты птичьего полета, были запечатлены обломки самолета и свернувшееся вокруг них в кольцо тело драка, словно обнимающего рухнувший биплан.

«Как будто они прижались друг другу в предсмертной агонии, – подумала Рози. – В глазах смерти все равны – и люди, и драки. Так почему бы в последний миг не обнять своего заклятого врага? Лучше так, чем умирать в одиночестве».

– Это тот самый драк? – спросила Рози, подняв голубые глаза на Ларсона, которого ее холодное спокойствие, казалось, еще больше выбивало из равновесия. – Тот, который убил Адама?

– Мы думаем, что да. Винсент преследовал его и угодил в бурю. Мы пытались… я пытался его отговорить, но он…

– Ничего не хотел слушать, – закончила за Ларсона Рози. – Да, в этом был весь Винсент.

– Я подал запрос о том, чтобы поднять его тело, но ты же знаешь, как это сложно, и я не уверен…

– Я понимаю, – кивнула Рози.

Все, что падает на поверхность, навсегда там и остается, за редкими исключениями, в число которых ее муж, определенно, не входил. Когда-то очень давно люди жили там, внизу, а драки парили в небе, и в мире царил баланс. Но разрушительная война двух сверхдержав отняла у людей землю, сделала ее ядовитой и непригодной для жизни. Оставшиеся в живых люди поднялись в небеса, что и положило начало конфликту двух народов, которым прежде нечего было делить. Острая нехватка ресурсов и территории приводила к постоянным стычкам, год от года становившимся все ожесточеннее. Ненависть между драками и людьми крепла, борьба за выживание переросла в войну, которая длится уже почти четверть века.

Ученые говорят, что когда-нибудь, десятки лет спустя, снова можно будет возвратиться на поверхность и жить там. Но сейчас лишь немногочисленные группы рабочих, добывающих столь необходимые человечеству ресурсы, спускаются туда в глухих скафандрах, и все равно яд проникает им под броню и постепенно отравляет тела. Из-за этого их труд стоит невероятных денег, что явно не окупит поднятие наверх тела одного-единственного пилота, будь он хоть трижды героем.

«Может, оно и к лучшему? – подумала Рози. – Пусть там и остается, в объятиях этого монстра, укрытый мертвой тишиной. Ведь что такое теперь поверхность, как не гигантское кладбище?»

– Я могу оставить себе этот снимок? – спросила Рози.

– Д-да… конечно… если хочешь. – Казалось, что Ларсон не был в этом уверен, но просто не мог сказать «нет» только что овдовевшей супруге своего близкого друга.

– Спасибо тебе, Ларс, – снова мрачно улыбнулась Рози и отступила за дверь.

– Р-рози, мне очень жаль, – запинаясь, произнес он.

– Да, мне тоже.

– Если я что-то могу для тебя сделать…

– Не сейчас, Ларс. Может, позже мы поговорим. Может, вспомним его и вместе поплачем. Но не сейчас.

– Понимаю.

– Благодарю.

Рози закрыла перед Ларсоном дверь и, продолжая рассматривать фотографию, прошла в гостиную, где положила ее на буфетный столик. Затем принесла из кухни бутылку вина. То был напиток из дорогих сортов винограда, привезенный с юга одним из друзей Винсента. Рози наполнила им доверху пузатый бокал на длинной ножке и, поднеся к губам, уловила тонкий аромат пряностей. Никогда раньше она не позволяла себе пить в одиночестве, даже после гибели сына. Но сегодня Рози решила, что нет ровным счетом никаких причин, способных ее остановить. Две главные причины жить, которые у нее были, теперь стали только воспоминаниями да лицами на черно-белых фотографиях, издевательски улыбающимися ей сквозь время.

Рози еще раз взглянула на снимок упавшего самолета и произнесла полушепотом:

– Прощай, Винсент. Прощай, мой дорогой муж. Надеюсь, что теперь, сразив своего врага, ты обрел покой, который утратил при жизни. А если существует по ту сторону смерти какой-то иной мир, то, я надеюсь, в нем ты уже встретил Адама. Передай нашему сыну привет и обними за меня. Прощай, любимый.

В гробовой тишине, заполнившей каждый уголок ее дома, Рози Рейн залпом осушила бокал вина.

* * *

Он появился из ниоткуда, подобно призраку. Словно сами небеса изрыгнули эту тварь с одной лишь единственной целью: изгнать со своих просторов надменных двуногих созданий, соорудивших себе искусственные крылья и тем самым плюнувших в лицо природе, которая для всех существ этого мира отвела свое место под солнцем.

Ничто не предвещало беды. Патрульные самолеты из эскадрильи «Фантомов Поднебесья» возвращались в Ирору. Им в спину светило солнце, облака стелились до самого горизонта невероятным белым океаном, по которому мчались тени пяти бипланов. И вдруг там, внизу, прямо под ними, появилась еще одна тень, не сильно уступающая прочим в размерах, и стала стремительно набирать