Громов. Хозяин теней 7 - Екатерина Насута Страница 14

Я тихо застонал.

Кажется, даже вслух.

— Если сумеете создать хотя бы подобие бюджета, это будет отдельным плюсом. Все прочие условия будут вывешены завтра на доске объявлений. И конечно, рекомендую обращаться за помощью к наставникам ли, к вашим ли классным руководителям…

Он указал на Ворона, мрачное выражение лица которого явно демонстрировала, что этакий поворот сюжета его не слишком радует.

— … или к любым иным, чьи компетенции покажутся вам подходящими. В любом случае, предварительную оценку проекта, даже на уровне идеи, будет проводить школьная комиссия.

Ага. Это чтоб ненароком не допустить крамолы.

— Но это шанс для каждого предстать пред будущим Государем…

Щека у Ворона дёрнулась.

— … и сделать наше дорого Отечество лучше!

Хлопали ему громко и даже с виду искренне. Ворон и вовсе поднялся, наверное, чтоб пример подать. Ну да, ну да…

[1] Модистка. 1898. № 1, раздел «Одежда для спорта»

[2] Продажа зерна традиционно приносила доход. Но следует отметить, что в 1891–1892 гг, когда стало понятно, что из-за погодных условий страну ждёт голод, экспорт зерна был запрещён (С 15 августа 1891 года был запрещён экспорт ржи, ржаной муки и отрубей; 16 октября — и всех остальных хлебов и продуктов из них, кроме пшеницы; 3 ноября был запрещён также и экспорт пшеницы и продуктов из неё). Запреты продержались почти год, до выравнивания ситуации.

Глава 6

Глава 6

Также из достоверных источников стало известно, что парфюмерная фирма «Брокар» собирается повторить «Фонтан аромата», снискавший немалый успех на прошлой выставке. Фонтан с ароматной водой вновь будет установлен близ фирменного павильона. Однако на сей раз вниманию публики будет представлен не уже известный и полюбившийся многим одеколон «Цветочный», а новинка, о которой известно лишь название…

«Модистка»

— Сав, что думаешь? — поинтересовался Орлов после ужина.

Сперва, конечно, предложил прогуляться к нашей беседке, а уже, как догуляли, то и поинтересовался.

— Думаю, провокация у них дюже жирная выходит, — буркнул я, озираясь. Тьма, приставленная к Ворону — а вдруг опять куда-нибудь сходит или скажет чего-нибудь интересного, передавала скучные учительские будни в виде горы тетрадей. Проверял их Ворон весьма тщательно.

Правда время от времени всё же отвлекался, чтобы поскрести себе шею и матюкнуться. То ли содержимое не вдохновляло, то ли в целом работа.

— Ты о чём? — уточнил Орлов. — Какая провокация?

Ну да, придётся объяснять.

— Ну… смотри. Сама эта выставка. Куча народу в одном месте. Все, как понимаю, более-менее значимые аристократы попрутся на других смотреть и себя показывать. Так?

— Так, — согласился Орлов. — Там много полезного увидеть можно. И мастера выставляют, иногда бывает, что вроде и одиночка, а идея отличная. Плюс можно присмотреться к тому, кто и чем занимается. Новые направления, интересы. Возможности. К выставке ведь задолго готовятся. И в тайне.

А тут завесу тайн приоткроют.

— Да и в целом, новые знакомства, связи. Приличное общество, в котором не грех показаться… и присмотреться.

— К чему?

— К чему ещё Орлов может присматриваться, — Шувалов сел в самом тёмном углу. — К девицам, конечно.

— Отец говорит, что я единственный наследник, поэтому нужно искать невесту, — энтузиазма в голосе не слышалось.

— На научно-технической выставке?

— Можно, конечно, и на балу. Но я пару раз был… они такие дуры! — сказано было весьма эмоционально. Хотя Орлов тотчас уточнил. — Однако порой красивые. Но всё равно редкостные. Ты им слово, а они глазками хлоп-хлоп, потупятся и только вздыхают томно.

— И ты надеешься, что на выставку придут те, кто поумней? — спросил я.

— Скорее, полагаю, Никита пытается сказать, что на балы выводят девиц, получающих, как правило, домашнее воспитание, — пояснил Шувалов. — А оно традиционно несколько ограничено. Тогда как на выставке явно будут и курсистки, и институтки.

Прозвучало как-то не слишком. Но вряд ли Шувалов имел в виду то самое, невольно рифмующееся.

— Да и прочих хватит, — согласился Орлов. — Тем более там вполне прилично говорить не только во время танца. Но прогуляться, обсудить то да сё. Никто дурного не подумает.

С этой точки зрения я как-то научно-техническую выставку не рассматривал.

Но, пожалуй, что да.

— Ты ж служить собрался, куда тебе жениться? — Шувалов явно был удивлён.

— Ну, ещё не факт, что пойду… — Орлов вытянул длиннющие ноги и уставился на них. Ступни разъехались в стороны, потом сомкнулись и нервно задёргались, будто он барабанную дробь отбивал. — Так-то я не против, наоборот даже, но батюшка как раз поэтому и не хочет, что тогда жениться нельзя будет. А я один наследник.

— Так и женился бы, — проблема была мне категорически непонятна. — В процессе службы. Не?

— Офицерам нельзя, — пояснил Метелька. — Сав, ты чего? Все ж знают, что офицерам и студентам жениться нельзя.

Да? А я вот впервые слышу.

— Совсем⁈

А как тогда Карп Евстратович? Или жандармы — это не совсем, чтобы офицеры? А Слышнёв, он же… или он тогда в отставку подал? И опять же, по жандармской линии. Хотя… у Сереги ж отец точно офицер. И женился. Без женитьбы ему б не позволили.

— Студентам — совсем. А офицерам — по-всякому, — у Орлова ноги продолжали жить собственной жизнью, то вычерчивая на пыльном полу узоры, то выстукивая какой-то одному ему понятный ритм. — Одно время до двадцати трёх нельзя было, а после можно, но с разрешения командования и если содержание жене положить. А потом опять до двадцати восьми вовсе запретили, но теперь вроде как снова можно, только содержание изменили.[1] Так что…

Ноги опять дёрнулись.

— Как бы отец может получить высочайшее дозволение ввиду особого положения, но…

Он не горит желанием рисковать единственным сыном.

И я вполне его понимаю.

— Раньше и мысли не было, что я куда-то пойду, чтоб не на военную службу. А теперь вдруг заговорил, что в университете много иных полезных специальностей. И теперь не надо саблей махать, чтобы доказать свою полезность трону. А ещё в университете дозволение на брак проще получить, если через попечителя…[2]

— А ты?

— А что я? Я вообще жениться не хочу, — Орлов снова помотал ногами. — Я только жить начал! А они сразу долг исполнять… вот