Принц ненависти - Джаггер Коул Страница 3

Эльза прочищает горло.

— Почему бы нам не сесть и не перейти прямо к сути?

Атлас игнорирует её, вонзая взгляд в мою душу. Впервые с тех пор, как он вошёл, маска чистой ненависти и презрения, кажется, слегка спадает, когда он одаривает меня холодной, чудовищной, голодной улыбкой.

— Я никогда не думал искать тебя...

Эльза хмурится рядом со мной.

— Мистер Дракос, может, вы скажете нам, зачем мы здесь...

— Мне неинтересно говорить с тобой или с кем-либо из грёбаных подчинённых Пола Лорана. Так что не перебивай меня больше.

Эльза вспыхивает, но проглатывает это с грацией монахини, когда Атлас снова переводит взгляд на меня.

— Знаешь, кто была твоя мать, Роза?

Я тяжело сглатываю и качаю головой.

— Расскажи мне, что ты о ней знаешь.

— Что она...

Мой голос срывается. Он жестоко улыбается, когда я прочищаю горло и начинаю снова.

— Я знаю, что она была из богатой ирландской семьи и что они не одобряли её отношения с моим отцом. Я знаю, что она спрятала меня от отца и отправила на воспитание в монастырь. — Мой рот сжимается. — Я знаю, что она бросила меня.

В комнате на секунду воцаряется тишина, прежде чем Атлас начинает смеяться безрадостным смехом.

— Какая красивая маленькая сказка, принцесса, — хрипит он. — И как же удачно, что твой добрый отец наконец, наконец нашёл тебя через все эти годы. Чтобы впустить тебя в свой мир и свои тёплые объятия.

Его глаза сужаются, улыбка исчезает с лица.

— Твой отец — грёбаный лжец и вор.

Я вспыхиваю:

— Мой отец...

— Позволь мне рассказать тебе другую историю о твоей матери, маленькая принцесса. Её звали Саойрсе.

Я задыхаюсь, услышав это имя, словно меня ударили. Когда отец впервые нашёл меня, я засыпала его вопросами о матери днём и ночью — пока не увидела боль, которую даже вопросы о ней причиняли ему. Поэтому я перестала.

Теперь я знаю её имя.

— Саойрсе Килдэр, — хрипит Атлас, вонзая в меня взгляд. — И о да, она из очень богатой ирландской семьи. Очень богатой. Богатой ирландской мафиозной семьи.

Мои глаза расширяются, а Эльза прочищает горло.

— Мистер Дракос, я должна настоять...

Его гнев вспыхивает, глаза превращаются в кинжалы, когда он угрожающе поворачивается к адвокату рядом со мной.

— Что я тебе говорил о перебивании? — рычит он.

Эльза не отступает, даже когда я всё ещё онемело пытаюсь переварить услышанное.

— Я не работаю на вас, мистер Дракос. Но я работаю на того, кто платит мне. Так что я снова спрашиваю: зачем мы здесь и зачем вы созвали эту встречу?

— Я созвал эту встречу, — рявкает он, снова впиваясь взглядом в меня, — потому что твоя мать была обручена со мной.

Мир останавливается, ковёр выбивают у меня из-под ног, я смотрю на холодного, безжалостного мужчину напротив.

— Нет, — слышу я свой голос. — Нет, она должна была выйти за моего отца...

— И снова говорю тебе: твой отец — грёбаный лжец. Ещё и трус, раз не явился сюда сегодня, а послал тебя одну платить его долги.

Мой пульс стучит в ушах, горло снова сжимается.

— Я... я не понимаю...

— Двадцать один год назад я был обручён с твоей матерью. Оливковая ветвь между двумя враждующими группировками. То есть, пока твой грёбаный отец не украл её у меня.

По какой-то причине моё сердце наполняется гордостью и, возможно, любовью. Мысль о том, что моя бедная мать была прикована к этому монстру, а мой отец ворвался, как белый рыцарь, чтобы спасти её, кажется невероятно романтичной.

Атлас холодно смеётся — смех человека, который читает каждое моё слово на моём лице.

— Продолжай думать так, принцесса, — усмехается он. — Читай свои сказки. Поверь, я получу удовольствие, наблюдая, как они сгорают у твоих ног. Я должен был жениться на твоей матери. Эта возможность была украдена у меня. Но, к счастью, мы — семья традиций — традиций, которые уже решили эту маленькую проблему за нас. Именно поэтому я так рад, что Пол нашёл тебя...

Я дрожу, когда его холодные, акульи глаза злобно блестят.

–...чтобы наши семьи всё же могли соединиться, и я мог получить то, что по праву моё, — рявкает он.

Холодное чувство ползёт по позвоночнику, сопровождаемое тошнотой в животе.

— Я не понимаю...

— Ты.

Всё замирает.

Нет...

Моё лицо немеет от ужаса, когда мужчина напротив меня улыбается так, будто я свежее мясо.

— Чтобы ответить на твой вопрос, адвокат, — рычит он, — мы здесь, чтобы уладить долг, который твой грёбаный клиент должен мне уже более двадцати лет.

Глаза Атласа Дракоса впиваются в меня, чудовищно сверкая.

— Ты станешь моей невестой.

Пол уходит из-под ног. В комнате воцаряется ледяная тишина, нарушаемая только гулом моего пульса, который ревёт в ушах, словно двигатель, набирающий обороты, прежде чем врезаться в гору.

Я поворачиваюсь и смотрю на Эльзу, моё лицо искажено ужасом и бледностью, молясь, чтобы она сказала что-то, что у неё есть какой-то законный способ защитить меня от этого монстра. Но впервые её профессиональное самообладание разрушено, и она выглядит такой же испуганной, как и я, запинаясь в поисках слов.

— Мистер Дракос, я...

— Найдите своего клиента, мисс Гинн, — рычит Атлас. — Найдите его прямо сейчас...

Внезапно мой телефон громко звонит, разбивая застывшую сцену. Всё ещё онемевшая, сердце колотится, я дрожащими руками лезу в сумку и вытаскиваю телефон. Я выключаю звук, глядя на фотографию улыбающегося, красивого лица отца на экране.

— Ответь, — шипит Эльза рядом со мной.

Я дрожу, бросаю взгляд на насмешливое лицо Атласа, затем встаю и прохожу к дальнему концу комнаты, к окнам с видом на Лондон. Я быстро отвечаю и подношу телефон к уху.

— Папа? — выдавливаю я, моё лицо горит, я чувствую, как все взгляды в комнате сверлят затылок. — Папа, где ты...?!

— Роза!

Что-то не так. Мой отец обычно весь в лёгких улыбках и ямочках. Весь в обаянии и самообладании.

Но мужчина, задыхающийся от моего имени на другом конце провода, звучит как тень того человека: задыхающийся, испуганный и отчаявшийся.

— Папа?! Где ты? Я на встрече, и...

— Роза! Слушай меня! Я в беде!

Я замираю.

— Он схватил меня, Роза. Я его пленник, и мне нужно... — он хрипит, задыхаясь от страха и боли, моё лицо бледнеет.

— Папа...

— Я его пленник, и мне нужно, чтобы ты пришла и помогла мне.

— Папа!! Кто...?!

— Он — чудовище...

Связь обрывается.

Глава 3