Про сочинительство - Андрей Валентинович Жвалевский Страница 6

Но в случае с солдатиком, как и в случае с любым неодушевленным предметом, этот прием оправдан, солдатик ничего и не может делать. А вот если вы выбираете главным героем человека, то он может как минимум ходить туда, куда хочет.

Причем, парадоксально, герой может чего-то не делать, и это тоже станет событием. Например, не пошел на работу, а пошел в бар и там встретил свою любовь. Или не полетел на самолете, а самолет разбился, и теперь за героем охотятся, потому что считают, что он подстроил крушение.

Что важно? Максимально убрать фактор случайности. В хорошем сюжете случайность может быть только одна – в завязке, да и то от нее можно избавиться (об этом чуть позже), а все остальные поступки героя окажутся последовательны и логичны. Да, логика героя может быть странная, но она обязательно должна быть. Вот каким вы его придумали, так он у вас и действует или не действует всю историю.

Подросток ругается с мамой, хлопает дверью и уходит из дома навсегда. Ну то есть он думает, что навсегда, и ждет, что мама за ним побежит. А она не бежит. Это завязка, это событие, и оно случилось из-за действия героя.

Как этот сюжет может развиваться, если наш подросток – оловянный солдатик? Он долго идет куда глаза глядят, потом садится в парке на скамейку, где его и находит наряд полиции и возвращает домой. Формально сюжет есть, а вот с героем напряженка.

Что можно с этим сделать? Добавить поступки героя. И тут мы плавно перейдем ко второму свойству нашего героя. Он особенный.

Особенный – это легко. Потому что все люди особенные, нет на свете ни одного обычного человека, все разные, все с индивидуальным набором хромосом, все друг на друга не похожи. И задача писателя увидеть своего героя со всеми его достоинствами и недостатками, влезть в его шкуру и понять, как он будет действовать в предложенных вами обстоятельствах.

Итак, у нас есть подросток, который хлопнул дверью и ушел из дома. Какой он? Вспыльчивый, нервный, агрессивный? Наверное. Раз пошел на открытый конфликт. Сколько ему лет? Допустим, четырнадцать.

Будет ли такой подросток безвольно идти по городу, а потом просто сидеть в парке в ожидании спасения? Большой вопрос. А что он будет делать?

Допустим, он решает пойти к своему другу, чтобы переночевать у него. А у друга дома родители, сестра приехала, они все только сели есть пиццу, ему сейчас проблемы главного героя как-то не вовремя. Что делает наш подросток, исходя из своего характера?

Правильно, говорит, что друг дурак, и все вокруг дураки, и пиццы у них дурацкие. А поскольку характер у нашего парня не подарок, вряд ли у него так много друзей. И теперь он еще и без единственного друга, и идти ему больше некуда.

Что еще может натворить наш подросток, мы подумаем позже, когда будем говорить про дугу персонажа, пока запомним – герой действует, причем действует, исходя из своего характера. Активный действует активно, скромный и забитый персонаж скорее не действует – не скажет полиции, если видел убийцу; не вмешается и даст совершить подлость; подпишет все, что ему говорят, и потеряет квартиру…

И опять плавный переход к третьему свойству нашего героя – герой меняется.

Как можно менять героя?

Представьте себе шкалу от 0 (абсолютный трус) до 100 (абсолютная храбрость), и это, например, шкала «Градация смелости» нашего героя.

Крайности нежизнеспособны, их отметаем, по десять процентов сверху и снизу шкалы можем не рассматривать – такой человек либо не выйдет из дома, либо убьется при первой же возможности.

Поэтому рассматриваем нормального человека, у которого эта самая смелость колеблется от 10 до 90 в зависимости от обстоятельств. И если в начале рассказа у него смелость 15, то по ходу развития сюжета она может плавно измениться сначала до 20, потом до 30, а там, глядишь, и до 32 дотянет.

Почему мы так сложно объясняем? Чтобы не было соблазна перещелкнуть героя от труса к храбрецу за один рассказ. Как правило, это психологически недостоверно.

Мы не можем кардинально поменять человека, мы можем немного сдвинуть его по шкале в любую сторону. Бесстрашно кидался в любую авантюру? Стал поспокойнее, начал думать перед тем, как что-то сделать.

Помните «Назад в будущее»? Во второй части Марти в будущем стал полным лузером, потому что однажды поддался на провокацию, устроил гонки на автомобиле по городу и попал в аварию. Марти из настоящего (то есть из 1985-го) отправляется в будущее, там меняется и возвращается в 1985-й. И вот в финале мы видим, как парни в соседней машине подначивают его, называют Марти Chicken, вот-вот состоится та роковая гонка. И в критический момент Марти газует – но не вперед, а назад. И не попадает в аварию. Изменение героя произошло не кардинальное, но этого хватило, чтобы уберечь Марти от глупого поступка.

Герой и завязка

Как мы уже говорили, герой и сюжет суть одно и то же. Покажем это на примере завязки.

Дело в том, что завязка не обязательно должна быть абсолютно случайным событием. Конечно, в теории кого угодно может забросить в параллельную вселенную или сбить машиной. Однако лучше, если завязка связана с индивидуальными отличиями героя (помните: герой особенный).

В некоторых случаях эта особенность такая явная, что не нуждается в объяснениях. Например, Гарри Поттер или Энакин Скайуокер – очень специальные герои. Их история могла произойти только с ними, ни с кем другим. Литература пестрит подобными персонажами: хитроумный Одиссей, бесстрашный Айвенго, нелепый Дон Кихот, гениальный Шерлок Холмс, неудержимая Пеппи Длинныйчулок…

Но и в героях попроще есть что-то особенное. Что-то, что заставляет именно их вляпаться в завязку. Например, домашний котенок оказался на улице. Безусловно, это может быть нелепой случайностью. Но лучше, если завязка произошла из-за характера котенка.

1. Котенок наглый. Он всюду лезет, все портит, везде гадит, кусается, царапается – и добивается того, что хозяева выбрасывают его на улицу. (Для протокола: мы горячо порицаем таких хозяев, потому что котят на улицу выбрасывать нельзя ни при каких условиях.)

2. Котенок трусливый. Тогда он может