Православие и гуманизм. Православие и папизм - архимандрит Георгий Капсанис Страница 4

отсутствием личностного центра и личностного единства. Тогда жизнь становится удушливой, невыносимой. Многие антисоциальные действия наших детей — употребление наркотиков, анархические выступления, безразличие к получению знаний и уход из учебных заведений — объясняются именно так: это выражение неудовлетворённости положением дел, это бегство от жестокой реальности, в которой молодой человек сталкивается с бессмысленностью мира.

Наше образование не помогает молодым открыть смысл мира и смысл своего существования, ибо само образование утратило Бога Слова Христа — как свой центр, свою ось, своё исполнение.

Гуманистические цели образования, которые выдвигаются сегодня в качестве его предназначения, несмотря на добрые намерения теоретиков, навязывают ученикам определённые идеологемы: свобода личности, демократия, общественная справедливость. Но они не могут дать совершенное и истинное изъяснение созданного Богом и показать отношения человека с Творцом и творением. Поэтому мы убеждены, что названные идеологемы либо абсолютно не затрагивают души молодых людей, либо, даже если воодушевляют их на время, затем приводят к разочарованию и нигилизму.

Изучение религии в школе имеет великую миссию. Она заключается не в том, чтобы предложить разрозненные и частные «религиозные знания», но в том, чтобы убедительно показать: всё творение и все преподаваемые в школе предметы имеют свои смыслы, которые объединяются и возглавляются Богом Словом Христом. И так будет явлено единство, центр и смысл мира.

Богослов не может быть всезнающим человеком. Но он может открыть ученикам, что нет ничего в творении, нет ничего в материале преподаваемых в школе наук, что бы не имело своего смысла; и что все эти смыслы возглавляются и удерживаются Богом Словом Христом.

Речь идёт о богословии и о философии в святоотеческом значении: когда учение о мире понимается христологически и экклесиологически.

Отцы Церкви, особенно св. Максим Исповедник, помогут нам составить истинную картину мира. Преподобный Никодим Святогорец так излагает богословскую мысль святых отцов: «Таким образом, Создатель всего, поскольку Он по природе и в собственном смысле есть Слово, то с духовными смыслами (логосами) сотворил все существующие вещи, чувственные и умопостигаемые». Ибо «всё, — сказал богословнейший Иоанн, — чрез Него (т. е. Слово. — Авт.) начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть»10. И Григорий Богослов говорит: «Что есть, что бы не состоялось Словом?»11 И последним Предвечное Слово сотворил ум словесный: то есть Создатель Слово даровал человеку природную силу, необходимую для изысканий и для постижения самих духовных причин (логосов), которые Он вложил в сущие вещи: чтобы человек, постигая их, обратил свою эрос-любовь к Создателю, посредством как бы неких привлекающих даров соединился с Ним и стал блажен. Итак, с одной стороны — Создатель, Предвечное Слово, а с другой — словесный ум, — и это две крайних точки бытия. А духовные логосы сущих вещей «как среднее между двумя крайними точками находятся, способствуя единению их обоих»12.

Так преодолевается противопоставление знания и веры, богословия и науки — противопоставление, которое оскорбительно ограбило Запад, так что эхо этой несправедливости по отношению к вере и знанию отзывается и у нас.

Православный учёный или технолог не должен двоиться умом. То, что он делает каждый день в науке или технике, как факт происходит от человека, сотворенного «по образу Божию», но, кроме того, имеет свой смысл, который возводится ко Христу. Собственные грехи и эгоизм отвлекают нас от Бога, диавол пытается разорвать нашу с Богом связь и отнесение смыслов вещей к Богу Слову; но мы знаем, что эта связь восстанавливается, возобновляется всякий раз, когда мы вновь и вновь на Божественной литургии совершаем приношение — анафору — и относим всё творение к Богу в «Твоя от Твоих».

Так совершается и евхаристическая литургия (т. е. участие) человека в тварном мире: человек как царь и священник принимает творение как дар Божий и вновь приносит его Богу как свой собственный дар.

В таком русле может развиваться и наука, не сталкиваясь с верой и догматами благочестия. Православный учёный всегда определит присутствие Бога в природе, ибо православное богословие различает в Боге Божественную сущность и нетварные Божественные энергии, которыми Бог участвует в творении. Тварный мир в Православии не пребывает замкнутым и недоступным для нетварной благодати Божией. В таинственной литургической практике, особенно в Евхаристии, осуществляется единение и срастворение тварного и нетварного, божественного и человеческого. Сие есть великий брак, великая благодать и великий праздник Православия.

Всё призвано на этот брак. Бог Православия не вне творения, не над творением, но Своими нетварными энергиями пребывает в творении, при этом не смешиваясь с ним, как учит пантеизм.

Согласно западным воззрениям, Бог соотносится со Своим творением только в том, что Он дал непреложные законы природы при начале творения и Сам по обстоятельствам отменяет их для явления чуда. Этот взгляд обусловлен утратой различения божественной сущности и нетварных божественных энергий. Мы же как православные богословы можем видеть постоянные проявления благодати Божией как нетварные энергии в творении — энергии, творящие сущность, содержащие, сохраняющие и совершающие сущие вещи. Так снимается противоречие нетварного Бога и тварного мира — противоречие, которое обедняет западное христианство и приводит его к атеизму.

Такое чувство элементов мира ни в коем случае не есть результат голых умозаключений. Только верный христианин, богослов, который литургически относится к вещам, получает это чувство, проживает это единство, а также может передать ученикам это видение — глубочайшее и таинственнейшее погружение в то, что скрывается за внешними явлениями.

Так ученик получит помощь в поиске ответа на великое человеческое вопрошание: ему откроются смысл и единство всего — единство, которое осуществляется во внутреннем единстве человека.

Богочеловек Христос детоводительствует как Пастырь

На Божественной литургии Христос является не только как созидательное и хранящее Слово, но и как Екклесиаст, т. е. церковный Проповедник и Пастырь. «Он заблудшее и рассеянное собирает в одно и творит всё единой Церковью и единой паствой, чтобы ничто не осталось вне слышания доброго гласа пастыря, гласа, животворящего всё»13. Он объединяет верующих в Него, делает их членами Своего тела и тем самым даёт им возможность истинной встречи и истинного общения с другими человеческими личностями. К такой встрече направлено глубочайшее человеческое стремление.

Церковь по своей сущности не есть «религиозное учреждение» или некий «склад», который «выдаёт» Божественную благодать при условии выполнения определённых предписаний, как нас может уверять схоластическое богословие.

Церковь есть место, где человеческие личности соединяются с тремя Лицами единого Бога через богочеловеческую Личность Иисуса Христа — в истинной взаимной любви. Церковь есть «благодать